— Не слишком ли ты много думаешь об этом?
— Отвечаешь мне моими же словами? — Губы Элизы изогнулись в довольной улыбке.
Казалось, ее глаза вместили в себя всю синеву моря, на которое открывался вид из огромного панорамного окна. Джейк подумал, что никогда не встречал никого с глазами такой невероятной синевы. В этих глазах отражалось все, что она чувствовала. Сейчас он видел в них настороженность и неуверенность.
— Мне бы очень хотелось, чтобы ты осталась здесь со мной, — сказал он. — Но, конечно, решать тебе. Если ты захочешь остановиться в своем отеле, я готов отвезти тебя туда в любое время.
— Нет! Я… я хочу быть с тобой.
— Вот и славно, — отозвался Джейк, стараясь говорить спокойным голосом и не показывать, как он рад.
— Есть только одно но, — с сомнением произнесла Элиза. — Я чувствую себя немного… неловко, оставаясь с тобой в этом доме, где ты бывал со своей бывшей женой. Я заметила, что ни в ванной, ни в гардеробной нет никаких признаков присутствия женщины. Но я…
— Она никогда здесь не была, — перебил он. — Я купил этот дом, чтобы сбегать сюда, когда моя семейная жизнь начала становиться невыносимой. Незадолго до того, как встретил тебя на свадьбе Доминика.
Подойдя ближе, Джейк положил руки ей на плечи и заглянул в глаза.
— Ты единственная женщина, переступившая порог этого дома. Не считая моей матери, которая не считается за женщину.
— Сомневаюсь, что она будет рада об этом узнать, — сказала Элиза, с трудом сдерживая смех.
— Ты понимаешь, что я имел в виду. — Джейк чувствовал себя уверенней в мире идей и чисел, чем в мире слов. Особенно когда дело доходило до выражения чувств и эмоций.
— Да. Я понимаю. И польщена, что я первая.
Заключив Элизу в объятия, Джейк поцеловал ее долгим нежным поцелуем.
Духовка издала хрипловатый свист, и они отскочили друг от друга как ошпаренные. И уже в следующую секунду расхохотались над этой нервной реакцией.
— Приглашаю к столу, — шутливо поклонился Джейк. Он очень хотел есть, но готов был отказаться от еды, лишь бы продолжать целовать Элизу. Голод бывает разным, и необходимо уметь расставлять приоритеты.
Однако Элиза сделала шаг назад.
— После того как поедим, мне надо будет позвонить и отказаться от номера в отеле, — заявила она. — Мне, конечно, придется заплатить за сегодняшний день, но я надеюсь, что этим все ограничится. Хотя, если честно, не могу сказать, чтобы меня это сильно волновало. В конце концов, я…
— Я оплачу все расходы за отказ от номера. По тому, как изменилось выражение ее лица, Джейк сразу понял, что совершил ошибку.
— Ты ни за что не будешь платить, — сказала она. — Это мое дело.
Он тут же пошел на попятную, подняв руки в знак того, что сдается. В этом вопросе он совершенно не собирался настаивать. Ничего, он найдет другие способы все уладить — сделает так, что Элиза не потратит здесь больше ни цента. Он обо всем позаботится.
— Хорошо. Я понимаю. Мои кредитные карты останутся надежно спрятанными в кошельке, пока ты не позволишь мне их достать.
Она сделала печальное лицо.
— Извини, если я переборщила. Независимость для меня очень важна. Когда мне кажется, что ей что-то угрожает, я сразу начинаю дергаться. Я привыкла сама вести свои дела и распоряжаться своей жизнью и не хочу, чтобы мне снова пришлось перед кем-то отчитываться.
— Это из-за твоего бывшего мужа-деспота?
— Честно говоря, он полностью перевернул мое представление о семейной жизни. А до него был отец, считавший, что имеет право распоряжаться мной, даже когда я стала взрослой.
— Давай на этом закончим. — Джейк положил руку ей на плечо. — Не обижайся, но в данный момент мне надо поесть. — Ему казалось, что последний раз он ел лет сто назад.
— Я росла с тремя братьями и знаю правила. Первое гласит: «никогда не становись между голодным мужчиной и его ланчем».
— Чистая правда. К тому же, если пицца сгорит, следующей я уже не дождусь. — Джейк с облегчением улыбнулся.
— А есть еще?
— Домработница набила морозилку моей любимой едой. Она здесь не живет. Я слишком люблю уединение, чтобы терпеть кого-то в доме. Но она покупает мне продукты и поддерживает в доме порядок.
— Значит, пицца у нас в неограниченном количестве? Меня устраивает.
Глядя на ее крепкие мускулы и стройное загорелое тело, Джейк сомневался, что Элиза слишком часто балует себя пиццей. А вот ему при его росте и активном образе жизни требовалось много еды. В детстве он знал, что такое голод. Обычно это случалось накануне того дня, когда мать получала зарплату, хотя она изо всех сил старалась растянуть запасы провизии так, чтобы ее хватило. Больше это не повторится никогда.
— Когда поедим, я с удовольствием послушаю о твоем фермерском детстве, — сказал Джейк. — Я вырос в Квинсленде, на Голд-Кост, и меня всегда интересовало, как живут люди в центральной части Австралии.
— Можешь мне поверить, там далеко не идиллия. Фермерская жизнь не сахар, приходится много работать. Это такой же бизнес, как любой другой. Только в бизнес-плане у фермера гораздо больше переменных, которые от него не зависят.
