Следом за Джейком Элиза прошла через кухню в зону столовой, откуда тоже открывался вид на море.
— Я уже собиралась тебе предложить свои услуги по сервировке стола, — заявила она. — Но вижу, ты меня опередил.
— Я очень хозяйственный. Моя мать об этом позаботилась. Мать-одиночка, работавшая не покладая рук, чтобы дать нам крышу над головой, не могла позволить мне бездельничать.
Хотя, если честно, в то время он сам решил, что будет сидеть дома. На миг Джейк задумался о том, что сказала бы о нем Элиза, если бы он открыл ей всю правду о своей юности. Она производила впечатление такой моралистки, что он сомневался, смогла бы она примириться с этой правдой. Впрочем, он не собрался ей ничего рассказывать. До сих пор Джейк не сказал ей ничего такого, чего Элиза не смогла бы откопать в Сети, где она уже изрядно порылась. Мать-одиночка. Тяжелые времена. Стремительный взлет, несмотря на трудное начало. А недосказанная правда должна навсегда остаться за семью печатями.
— Должно быть, ей приходилось тяжело. Я имею в виду — твоей матери.
— Да, — коротко ответил он. — Слава богу, теперь, когда у меня есть деньги, я могу сделать так, чтобы ей больше не о чем было беспокоиться. — В подростковом возрасте именно он был главной причиной ее беспокойства. Поэтому, став взрослым, старался загладить свою вину.
— Значит, твоя мать позволяет тебе заботиться о ней?
— Я не оставил ей выбора. Я так многим ей обязан, что готов на все, чтобы отдать свой долг. Мне удалось ее уговорить, чтобы я купил ей дом и бизнес.
— И какую фирму ты ей купил? — Будучи упертой бизнес-леди, Элиза не могла не заинтересоваться этим.
— Мама много лет работала официанткой и всегда хотела иметь собственный ресторан. Она считала, что могла бы устроить все гораздо лучше. Сейчас у нее кафе в одном из самых фешенебельных районов Брисбена, и дела идут очень хорошо. Сейчас она на отдыхе в Тоскане. Развлекается и осваивает премудрости местной кухни.
— Значит, это не просто отпуск. Скорее работа. — Элиза улыбнулась.
— Это самый лучший вариант работы, верно? Когда грань между работой и хобби начинает стираться. — Джейк ответил улыбкой.
— Совершенно верно, — согласилась Элиза. — Раньше мне нравилось работать в серьезном бизнесе, но «Королевы вечеринок» — это моя страсть. Сейчас я уже не представляю, что могла бы заниматься чем-то другим.
— Судя по тому, что я слышал, успех «Королев вечеринок» превзошел все ваши ожидания.
— Сплюнь, — сказала она. — Я никогда ничего не принимаю как должное и должна постоянно следить, чтобы мы не соскользнули с этой волны успеха.
Элиза села за стол лицом к окну. Джейк водрузил пиццу на середину стола, подражая торжественному жесту, подмеченному у одного официанта из кафе его матери.
— Да ты, я вижу, настоящий профессионал.
— Профессиональный подогреватель и подавальщик пиццы?
— Она не подгорела, и сыр расплавился как надо. Это тебе смело можно доверить.
Джейк уселся напротив нее. За то время, что Элиза съела один кусок, он успел проглотить три.
— А теперь рассказывай мне про свое овечье ранчо, — сказал он. И с удивлением увидел, как ее лицо окаменело и с него исчезли все признаки веселости.
Элиза посмотрела на него через стол и тяжело вздохнула. Аппетит внезапно пропал.
— Ты уверен, что готов об этом услышать? Хотела ли она откровенничать с мужчиной, все отношения с которым, вполне возможно, ограничатся одной случайной встречей? Да, Джейк рассказал ей кое-что о своем детстве, и это помогало понять, как сформировался этот потрясающий человек. Но все это она уже знала. По правде сказать, она не любила вспоминать о своем детстве и отрочестве. Дело не в том, что ее кто-то обижал. Ничего подобного. Но она чувствовала себя бесконечно несчастной и, как только смогла, сбежала из дома.
— Да, — подтвердил Джейк. — Я хочу узнать о тебе, как можно больше.
— Можно я ограничусь сокращенной версией? — спросила она.
— Валяй, — не скрывая своего удивления, согласился он.
Элиза глубоко вдохнула, стараясь придать себе твердости.
— Представь себе девочку, всегда мечтавшую о большом городе, которая вынуждена жить в деревенском захолустье, где мальчиков ценят больше, чем девочек.
— Продолжай.
— Тебе этого мало? Он кивнул.
— Ладно… умную девочку с амбициями, чьи надежды постоянно подвергались осмеянию.
— Понятно. Что дальше?
— Умная девочка сбежала в город, а семья так никогда и не простила ее.
— Но почему? — Джейк нахмурился.
— На это нелегко ответить. — Ее голос начал дрожать. — Знаешь, что такое страшная много летняя засуха, уничтожающая все вокруг? — Она снова тяжело вздохнула. — Сохранить доброжелательность, перенеся такой кошмар, — это действительно тяжело.
— Могу себе представить, — отозвался Джейк. Ей хотелось, чтобы он попросил ее не продолжать, но он этого не сделал.
— Ты когда-нибудь видел, как густые зеленые пастбища чернеют, а земля делается твердой как камень и трескается? Когда фермерам приходится забивать свой скот, потому что нет ни воды, ни пищи? Стрелять овец, которые составляют единственный источник доходов твоей семьи, основу ее существования?
