— Вот это самый важный вопрос. Узнаешь это — узнаешь, кто убийца. Чтобы раскрыть убийство, нужно знать настоящую причину. А это часто бывает тяжелее всего. Истинная причина скрыта под многими слоями шелухи. Снимешь шелуху слой за слоем — узнаешь правду.
— Так, хорошо. А яд? Теперь осталось узнать, что за яд. Валерий определил?
— Абсолютно точно. Это иприт.
Иприт? Для Зины это тоже было полной неожиданностью. Такого она точно не ожидала.
Иприт, или, как еще его называли горчичный газ, относился к военным ядам, которые использовались для химических атак. Это было боевое отравляющее вещество кожно-нарывного действия. От воздействия иприта на коже появлялись язвы и раны — теперь для Зины вполне понятны были раны на лицах убитых девочек.
Впервые иприт был синтезирован Сезаром Депре в 1822 году, позже британским ученым Фредериком Гутри в 1860-м. Первоначально это вещество называлось Lost. Оно представляло из себя бесцветную жидкость с запахом чеснока или горчицы, легко растворялось в органических растворителях и животных жирах. А вот растворимость в воде составляла 0, 05 %.
В 1916 году в Германии началась промышленная выработка иприта в огромных масштабах для Германской имперской армии.
Первые газовые бомбы с ипритом взорвались на полях сражений Первой мировой войны. Газ оказался смертоносным, действовал быстро, а поражения от применения такого оружия оказывались катастрофическими.
Позже иприт применялся в итало-эфиопской войне 1935—36 годов.
Учитывая, что иприт — это жидкость, подмешать его в жирную конфету было довольно неплохим решением, несмотря на то что сильный запах чеснока все равно должен был остаться. Однако вкусные конфеты были редкостью. Поэтому дети могли съесть такую конфету достаточно быстро и не среагировать на острый запах, особенно если это был ребенок из нищей многодетной семьи или из детского дома. Наверняка конфеты они ели всего несколько раз в жизни, если вообще ели их.
А вот почему этот же номер прошел с девочкой из богатой семьи? Зина подумала, что тут может быть другая причина. Как вариант: девочка уже ела такие конфеты, знала, что это очень вкусно, поэтому и проглотила не глядя. К тому же, последняя жертва была младше остальных, ей исполнилось всего четыре года.
В человеческом организме этот яд действовал достаточно быстро. При поражении жидкокапельным ипритом возникали кожные проявления: язвы, нарывы, некрозы. Иприт вообще обладал сильным поражающим действием при любых путях проникновения в организм, общее отравление происходило быстро.
Самым интересным было то, что в момент контакта с ядом болевые эффекты у человека отсутствовали полностью. То есть смерть от иприта была щадящей и совсем не болезненной, а наступала она при дозе 0, 015 мг.
Иприт использовался в качестве военного яда и в Красной армии. Там он проходил под шифром «вещество № 6702».
Все это мгновенно промелькнуло в голове Крестовской, когда Бершадов лишь произнес название яда. Зина задумалась настолько сильно, что даже не заметила, как в их разговоре наступила довольно долгая пуза.
— Думаешь о том, кто мог достать военный яд? — улыбнулся Бершадов. — Не утруждай себя понапрасну. Как и с театральным гримом, это мог быть кто угодно.
— Ну уж нет, — Зина смело встретила его взгляд, — тут я не соглашусь. Вещество № 6702 знает только тот, кого интересуют военные секреты. И доступ к иприту скорей получит шпион, а не простой человек. Ну или кто связан с армией.
— Или имеет деньги, — продолжил Бершадов. — Купить ведь можно все, что угодно. Не забывай об этом.
Вернувшись к себе в кабинет, Зина отодвинула в сторону пишущую машинку и разложила на столе все бумаги из красной папки. Вечер прошел в изучении документов.
Вышла она с работы намного позже, чем обычно — около семи часов. Новое дело неожиданно увлекло Крестовскую, и она уже не думала о нем с таким отвращением и ненавистью. Здесь была настоящая пища для ума, и Зина даже чувствовала прилив сил.
Поэтому, выйдя из управления, она пошла не домой, а повернула в совершенно противоположную сторону. Ноги сами понесли ее к остановке автобуса.
Через полчаса Зина вышла в районе, где жила София Раевская с родителями. А еще минут через десять оказалась во дворе, в котором находился подвал, где нашли тело.
Крестовская решила кое-что проверить. Ее очень интересовало, какие еще подвалы открыты. Почему убийца бросил труп именно в этом подвале? А если он досконально знал о том, что подвал не закрывается, значит, интересовался информацией о том, где можно что-то спрятать. И тут уже могли возникнуть следы иностранного агента Бершадова, хоть Зина ничего и не знала о нем.
Двор представлял собой широкий прямоугольник с детскими качелями и скамейками внутри, на которых, судя по всему, собирались общительные жильцы. Но Зине повезло: когда она добралась до двора, начал накрапывать дождь, который разогнал со скамеек абсолютно всех, так что поиски можно было провести почти незаметно.
Рассудив, что подвал есть в каждом доме из этих четырех, Зина вошла в парадную первого дома.
