— Ихор захватил меня с собой после третьей вылазки в Красную Зону. Когда уже стало ясно, что побочным эффектом, следствием, так сказать, вашей работы, — станет сокращение количества Красных на одну штуку.
Бус Кречет покосился на сидевшую рядом. Со-жители поверх её тела выглядели необычно. Не явное растение, как у него, да и у Соединённых, обеих пар. Не размытое колыхающееся струение, как вокруг представителя Зелёной Зоны. Скорее, это походило на мельчайшие пузырьки воздуха под водой. Такие бывают на листьях водорослей. Такие же, только чуть побольше, являлись жилищами водяных пауков. До Изменения.
— Они воспользовались тем, что одной из обязанностей человека до Вторжения было содействие эволюции планеты. И, в частности, рождение в человеческом теле души, развивавшейся прежде в теле животного. Ну, из тех, кто не выбрали своё дальнейшее развитие в прежнем виде.
Кама улыбнулась и чуточку склонила голову.
— Мне это известно. До Вторжения количество людей и животных было меньше, качество их было другим. И все вместе делали одно общее дело… И что же Соединённые Озера?
Бус Кречет вздохнул.
— Где и как они раздобыли подходящую душу, — не важно. Важно то, что воспитание получившегося ребёночка отнимает все их силы, как и положено. И родить кого-либо они уже не могут. А у нас впервые появилась возможность эвакуации живых душ. После гибели зоны мёртвого существования, разумеется. И эти эвакуированные души необходимо как можно скорее воплотить в физические тела. Родить, по-простому. Людей на планете стало не в пример меньше, а Соединённых, — и того меньше. Каждая пара на счету.
И вот, эти…
Кама мягко улыбнулась.
— Не вини их. После падения неизбежности смерти программа потребности спешно родить хоть кого-нибудь исчезла. Вместе с эгрегорами. Но — случается всякое. Ещё совсем недавно подобные явления именовали "атавизм" или "пережиток прошлого". Один такой случай на планету — вполне допустим.
— Ихор сказал так же, — вздохнул Бус. — Но у меня осталась привычка принимать общее дело близко к сердцу. А вот стратегического мышления пока что не прибавилось.
И он покосился на соседку. Кама усмехнулась.
— Так ты решил, что меня вызвали для Соединения с тобой? Ради эвакуации родить десяток душ?
Кречет кашлянул, хмыкнул и потряс головой.
— Вы, конечно, барышня что надо. И тушка, и душка, — извините за выражение. Но ощущение у меня имеется, что мы с вами не шибко подходим друг к другу.
— Это точно, — сказала Кама. — Соединение, это — Соединение. Две души закручиваются друг вокруг друга, как спирали ДНК, образуя нечто качественно новое, — Соединение… Тут никакого "стерпится — слюбится", годящегося лишь для быстро умирающих.
— Насильно мил не будешь, — облегчённо кивнул Бус Кречет.
И тут у него возникло любопытство.
— И - как?
Кама небрежно повела плечами.
— У меня, и у некоторых других, — существует возможность работать переносчиками душ. Способность эта — редкая, механизм её пока что закрыт для изучения. Важно только то (сказала она голосом Буса и хихикнула), — что в моё биополе может втянуться и на некоторое время впасть в анабиоз некоторое, ещё не известное количество душ. Затем мне придётся посетить ряд Соединённых. Подобные души притянутся. Одновременно возможно зачатие до двенадцати душ.
Бус присвистнул.
— Такой животик даже представить страшно!
Кама улыбнулась.
— После Изменения снова восстановилась одна способность из прошлого. После зачатия яйцеклетка делится. Но все доли развиваются и вынашиваются по очереди. Главное — создать привычный материальный якорь, за который и зацепится душа. А потом немножечко поспит. И, когда придёт и её очередь, — спокойно родится.
— Ага, — сказал Бус. — А потом, если это душа достаточно высокого полёта, её сознание стянет к себе Мельчайших воздуха. Бац-бац, и ты — взрослый.
Кама вскинула брови.
— Технология быстрого рождения "князь Гвидон"? Ты что, уже погибал и рождался? В смысле — уже после Изменения?
Бус Кречет гордо и отрицательно покачал головой.
— Странно, — сказала Кама, немного помолчав. — Действительно, "что вверху — то и внизу". Это почти то же самое, что мы делаем там, у себя.
Она плавно повела рукой, указывая куда-то в сторону.
— Мы живём на побережье Большой Воды. И работаем в воде. Мы структурируем пространство, стягиваем в получившуюся форму микроорганизмы, накапливающие в своём теле тот или иной металл, растворённый в воде. И получаем готовую форму из арсенала Пространственной Энергетики. Способную, за счёт своей формы, взаимодействовать с ино-материальными силовыми полями планеты и создавать вокруг себя определённый объём пространства с необходимыми характеристиками.
— То есть, — спросил Бус. — Мельчайшие накопили в себе металл и умерли, а из их трупов получается готовая отливка?
— Не совсем так, — ответила она. — Микродуши, мельчайшие частички осознания себя, — они сливаются воедино и переходят в новое качество. Получившаяся форма — это нечто вроде волшебных, полуразумных или разумных камней из мифологии закончившейся цивилизации. Её древнейших мифологических пластов.
