Василиса Прекрасная. Со свертком. Сокол повернул голову, глядя на сверток то одним, то другим глазом. Из него явственно доносился плеск.
- Ешь! - чуть слышно прошептала Василиса, просовывая меж прутьев лепешку, ломоть солонины и - самое главное! - миску с водой.
На миг Финист заподозрил подвох. Доверять этой юной ведьме он не спешил - поди разбери, что там у нее на уме… Конечно, она в этом дворце тоже вроде как пленница… да только не все тут ясно…
Но кишки подводило так, что хоть вешайся, и фалколак плюнул на осторожность. Он бережно, смакуя каждую капельку, опорожнил миску и так же медленно склевал хлеб с мясом, чувствуя, как по всему телу разливается уже не чаемая сытость.
- Помнишь ли меня, дядька Финист? - беспокойно спросила Василиса.
- Помню, конечно, - нехотя ответил сокол. - Ты у Овдотьи Кузьминишны, тетки моей двоюродной, ведовству обучалась…
Он и в самом деле хорошо помнил голоногую девчонку, десять лет жившую в избе на куриных ногах. Десять долгих лет - с восьми и до восемнадцати. Маленькая Василиса помогала старой ведьме по хозяйству, собирала для нее лесные травы, скоблила летучую ступу, каждый день ставила у печи две миски с молоком - коту и домовому. Десять лет она потихоньку обучалась чародейным премудростям и незаметно расцветала, из невзрачной девчонки-замухрышки превращаясь в удивительную красавицу.
Братья-оборотни не так уж часто навещали тетку покойной матери. Но и не так уж редко. Финист, паря в заоблачных высотах, нет-нет, да и залетал поделиться последними новостями. Яромир в своих лесных странствиях тоже порой заглядывал на огонек - бывало, гостил по несколько дней. И даже Бречислав иногда поднимал отяжелевшую задницу, оборачивался громадным быком и покидал Тиборск - вспомнить запах свежей травы, шум ветра в листве, землю, сотрясаемую могучим копытом…
И, конечно, Василиса всех их знала в лицо и по именам - мудрено не выучить за десять-то лет!
- Дядька Финист, я вызнала, где кащеева смерть хоронится! - прошептала Василиса, приблизив лицо к прутьям.
- И где ж?
- Игла в каменном яйце! Яйцо то в сундуке несокрушимом, а сундук Кащей в такое место запрятал, о котором никто и помыслить не может!
- Ну, хорошо, коли вызнала, - равнодушно посмотрел на нее Финист. - Рад за тебя. Дальше что?
- Как так?… Тебе что ж, не интересно?…
- А толку-то с пустого любопытства? Из этой клетки я все одно до кащеевой смерти не дотянусь…
Василиса лукаво улыбнулась, обернулась к дверям, секунду-другую постояла, послушала… и выудила из-за пояса тоненький золотой ключик.
- Заключим уговор, дядька Финист, - горячо зашептала она. - Я тебя освобожу и про Кащея все открою, что разузнала! А ты меня за это домой воротишь! Идет?
- А что, здесь надоело? - ехидно спросил сокол. - Ужель ласки кащеевы наскучили? Может, муж разлюбил?… Другую себе завел - покраше?…
- Да я здесь такая же пленница, как ты! - обиженно насупилась Василиса.
- Да?… То-то я смотрю, с голоду опухла… - участливо покачал головой Финист. - На одной воде держат, да?…
Василиса стыдливо зарделась - в Костяном Дворце она и в самом деле чуточку раздалась вширь. Очень уж роскошными яствами потчуют - поневоле не удержишься, лишний раз пообедаешь…
- Как же ты мимо стражи-то прокралась, бедолажка? Да еще ключ от моей клетки выкрала! Где так лихо разбойничать навострилась?
- Ну вот что, Финист Волхович, решайся быстрее! - не вытерпела княгиня. - Либо ты мне веришь, либо так и остаешься в этой клетке - плесенью покрываться! Кащей пока что занят, но не век же он занят будет!
- Твоя правда, здесь не поспоришь, - задумчиво согласился Ясный Сокол. - И в самом деле - наскучило мне что-то здесь сидеть…
- Так что ж - срядились?
- Срядились. Отворяй дверцу, Василиса свет Патрикеевна.
Та коротко кивнула и торопливо сунула ключ в неприметную скважину. Княгиня спешила - за последние дни Костяной Дворец вконец ей опостылел. Быть любимой женой Кащея на поверку оказалось еще тошней, чем нелюбимой. Боязно. Душно. Сидишь напротив него, смотришь в эти змеиные очи и невольно думаешь - а ну как сейчас спадут чары, опомнится Кащей от наваждения?…
И перед глазами стоят женские головы, катящиеся по окровавленной траве…
Тихий щелчок. Ключ повернулся. Сокол торопливо протиснулся в дверцу и ринулся со стола, ударяясь об пол всем телом.
На ноги поднялась уже не птица - человек. Оперение на глазах сменялось щегольской одежей, крылья вытягивались руками, хищный клюв стал таким же хищным носом. Яркие глаза Финиста остановились на невольно зардевшейся Василисе, и он ехидно усмехнулся.
- Времени у нас в обрез, - коротко сказал он. - Ты вот чего учти - если думаешь, что я тебя в когтях унесу, так лучше сразу забудь. Я все же сокол, а не Ногай-птица, человека мне не поднять…
- Ничего, просто проводишь, - спокойно ответила Василиса. - Вы, волховы наследники, все тайные тропы знаете, вот и выведешь меня из Кащеева Царства…
- Ладно, попробуем. За дверьми стража?…
Княгиня молча кивнула. Финист бесшумно прошелся по зале, заглянул за мрачный железный трон, подергал решетку на окнах и разочарованно цокнул языком.
