Мы не успеваем обмолвиться и парой слов (вернее, мама успевает рассказать, как доехала вчера, а вот я спешно сую в себя бекон, лишь с первым куском почувствовав, насколько действительно проголодалась), как со второго этажа зачем-то спускается Марго, но заметив за маминым столиком меня, тут же меняет траекторию и подбегает к нам.
Темная полненькая женщина, которая совершенно внешне не меняется с годами. На темной коже не видно морщин, а вес никуда не уходит, потому что ее любовь к собственным пирожным намного больше любви к общественному мнению.
– Джени! – она спешно обнимает меня со спины, не вынуждая вставать – решила составить компанию Энни?
Глядит на маму:
– Ты бы хоть предупредила, я бы чего-нибудь эдакого сделала.
– Ты хотя бы «не эдакое» уже сделай – смеется мама- долго тебе там еще?
– Уже совсем немного – кивает – вот как раз выбежала проверить, хватило ли твоего терпения или уже можно не торопиться.
Они смеются, после чего мама кивает:
– Да куда бы я ушла, и так редко видимся.
– Это да – укоризненно кивает на нее Марго – когда ты последний раз принимала мое приглашение? Уж когда сегодня согласилась, я думала, мой мобильник окончательно глюкнулся. Ты же просто срослась со своим ранчо!
Мама жмет плечами с легкой улыбкой:
– Ну, пока Грегори работает над своим проектом в Чили, все на мне. Ну, теперь Милли приехала, будет попроще – потому и смогла пару часиков выкроить.
– Слышала бы тебя Милли – смеюсь я.
Марго спешно оглядывает мой заказ (у мамы уже осталась только пустая тарелка) и хмурится:
– Приходите раз в год и вот так вот? Ну уж нетужки, мои милые. Сейчас попрошу Вилму организовать все как надо.
– Марго, не надо – улыбается мама – знаю я твое «как надо». Мы столько просто не съедим.
– Не страшно – отмахивается она – я уже тоже скоро подойду, так что на этот счет не переживайте – она хохочет и хлопает по своему внушительному брюшку – тетя Марго тарелки полными не оставит.
Они с мамой вновь смеются и хозяйка заведения кивает:
– Ладно, побегу, а то так освобожусь точно нескоро, если лясы буду тут точить с вами – после чего оборачивается и окликивает кого-то – Вилма, иди-ка сюда! Да живее, вижу я, что ты запихала за щеки, не скрывайся уже, я тебя по-другому делу зову..
Мы с мамой смеемся и когда Марго уже отходит к нерадивой сотруднице, я говорю:
– Какая она все-таки классная. Такая веселая.
– Всегда такой была – соглашается мама – еще со студенчества.
Вздыхает с какой-то ностальгической улыбкой:
– Хорошее было время. Столько планов, мечтаний. У Марго, кстати, все сбылось.
– А у тебя?
– У меня тоже – небольшая пауза – но по-другому.
Жму плечами:
– Ну, ты же сама так выбрала. Я вот никогда не понимала, зачем ты оставила математику. Все шло так хорошо – институт, исследования, а потом взяла и все бросила. Переехала на ранчо. Или это папа настаивал?
По лицу мамы пробегает тень, и она спешно отводит взгляд:
– Нет, папа ни при чем, мы вместе так решили. И я ни о чем не жалею. На ранчо мне теперь тоже нравится..
И не дав мне ответить, тут же отмахивается:
– Лучше расскажи, как вчера все прошло. Что за дело такое было, ради которого тебя прямо с аэропорта выдернули?
Я вскидываю брови и снисходительно улыбаюсь, заканчивая бекон:
– Не делай вид, что не знаешь. Я в курсе, что дядя Джон тебе все рассказал.
Лицо мамы становится тревожным:
– Дядя Джон? При чем здесь Джон? Он же просто должен быть довезти тебя и сопровождать мэра..
– Уже не смешно – отмахиваюсь – конечно, чего я только в замке не увидела, включая Ратвена, но главной причиной..
Мама бледнеет:
– В замке?
– Ну да. Совет
проходил в Черном Замке, а не в мэрии. Потому что там какая-та дата значительная. Дядя Джон тебе разве не сказал?
Теперь, глядя на ее белое, как полотно лицо, я всерьез начинаю думать, что она и правда не знала, куда и зачем именно меня вез Дуган.
Но почему тогда настаивала, чтобы я поехала? Действительно только из-за того, что об этом попросил мэр? А зачем тогда звонила и просила вернуться раньше?
Хотя, может, Дуган не рассказал только про место – а вот про завещание она знает.
Конечно, знает. С какой бы стати лучшему другу не рассказать подруге о том, что ее старшая дочка унаследовала целую часовню! Да еще и черт знает от кого. Это событие на обсуждение дней трех, не меньше.
– Нет, он не говорил..– голос мамы сходит до сиплости, и она запивает кофе, чтобы чуть смочить горло – так и что за важное дело там такое было?
– Ну, владелец замка – бывший, точнее, он помер уже двадцать лет как – оставил мне часовню. Целую часовню, представляешь? Кстати, хотела спросить..
Но мама уже бледнеет настолько, что я испуганно замолкаю на полуслове, так и не договорив вопрос про «родство с Шотетами». Дрожащими руками она ставит чашку на блюдце, не спуская с меня глаз.
– Что там было еще?
