К тому же, меня еще больше располагает к нему то, что в отличии от мамы – он хотел рассказать мне правду. И даже пытался убедить в этом решении ее саму. И пусть он дал обещание не говорить мне конкретно об этом – но, по крайней мере это значит, что он не станет утаивать любой другой правды, если вдруг та откроется.
Когда мы с Лео выбираемся из салона и подходим к нему – он одаривает меня лишь каким-то грустным взглядом, но ничего не говорит. Даже не упоминает о том, что у них с мамой был какой-то разговор.
Я принимаю это.
– Какие новости, дядя Джон? – киваю на копов – нашли что-нибудь?
– Да почти ничего – вздыхает – кроме.. Эй, Рейк!
Он кликает одного из полицейский и что-то неразборчиво говорит ему. Парень кивает и приносит какой-то запечатанная пластиковый пакет. Дуган, переняв его, демонстрирует нам:
– Кроме вот этого. Нашли в комнате Ратвена. Сразу и не обнаружил, потому что.. в мусоре это было, глубоко запрятано, будто он нарочно не хотел, чтобы это даже случайно заметили, войдя к нему.
Внутри покоится надрезанная бинтовая повязка со следами засохшей крови.
– Экспертиза скажет точнее – говорит Дуган – но я уверен, что эта кровь была пролита не далее десяти часов назад. Плюс-минус, на погрешность..
Лео пристально разглядывает содержимое пакета, не вынимая его из рук Дугана, после чего замечает:
– Крови не так много. А судя по ширине повязки – она была наложена чуть выше запястья.
– Именно – одобрительно кивает комиссар – я думаю, скорее всего, вчера около полуночи мистер Ратвен где-то поранил руку. Ну, конечно еще нужно доказать, что это его повязка и кровь. Проведем анализ и будем знать..
– Поранил? – уточняю и выразительно смотрю на обоих – или его
– Исключено, Джен – мгновенно поняв, что я имею ввиду, заявляет дядя Джон – Ратвен с господином Владом остались в замке без посторонних не далее трех утра, только когда все разъехались. Если бы свежая рана была затянута после этого времени – кровь на повязке сейчас была бы иной.
– Значит, он уже был с повязкой, когда с нами скандалил?
– Скорее всего – жмет плечами.
И тут я понимаю,
с какого именно момента вчерашней ночи произошли кардинальные изменения в поведении Влада. Не с того момента, когда Ратвен начал его оскорблять, нет.. С того, как он втянул ноздрями воздух рядом с рукой (вероятно, именно той раненой – сложно сказать, на нем был пиджак, скрывающий руки) Ратвена.
Именно после этого он накинулся на него, после этого убежал в залу, из которой так и не вышел, именно после этого зачем-то захотел остаться на ночь именно в замке, и после этого сегодня объявился в холле таким, каким видеть его было страшнее, чем у Черной Скалы.
Опасность..
Раненная рука, запах крови..
Я бросаю на Лео лишь краткий взгляд, но, кажется, мы думаем об одном и том же.
Дуган же, естественно, этого не замечает. Мы ведь замечаем лишь то, что хотим заметить. Находим то, что хотим найти. Видим связь там, где отчаянно желаем ее увидеть.
И это не всегда хорошо, так как порой заводит в тупики.
Помощники Дугана уже окончательно заканчивают сборы и машины выруливают со двора замка. Направляясь к своей, дядя Джон кивает мне:
– Джени, ты бы поторопилась. Я конечно не чествую этого старого пердуна, но надо отдать должное, он на десять минут раньше означенного приехал. А теперь-то уже на двадцать минут после прошло.
Достаю мобильник и гляжу на часы:
– Черт. Ладно, пока, дядя Джон.
Он на какое-то мгновение застывает, задумавшись, после чего отмахивается от машины:
– Схожу с тобой, от пяти минут дело не встанет. А то мало ли, чего он удумает.
Жму плечами,
сделав вид, будто бы принимаю за чистую монету его опекунство надо мной по ходу всей этой сделки.
Едва увидев меня в холле, мэр тут же вскакивает с диванчика и несется навстречу, точно старому другу. Рот растягивается в такой услужливой улыбке, точно это он опоздал почти на полчаса, а не я:
– Доброе утро, мисс Бёрнелл.
– Доброе. Извините, что опоздала, я просто..
Он добродушно отмахивается:
– Ерунда. Что ж, займемся вашим наследством?
– Конечно.
И опять начинается утомительное оформление. Множество бумаг, документов, подписей – и это далеко занимает не «пять минут», как оптимистично высказался во дворе Дуган.
Не меньше часа, уж точно.
И это только с того времени, как я совсем утомилась и начала засекать. Но вот, наконец, все заканчивается и мэр вручает мне папку с документами. К свободной протягивает руку:
– Остаются еще некоторые бюрократические формальности, но уже с этого момента вы – полноправная владелица часовни.
Я жму руку в ответ, а Лео хлопает меня по плечу:
– Поздравляю.
