Основной арсенал средств, который используется для изображения личности, сконцентрирован в фольклорной традиции. Здесь сформировался основной набор стереотипов, которые со временем реализовались во множестве эквивалентных и достаточно отдалившихся друг от друга образов и функций. В своих истоках он связан с мифическим предком-родоначальником. Отсюда идет традиция изображения патриархальных отношений между вождем, князем,, царем и подданными, не лишенная идеализации, уходящей корнями в социальные отношения и мифологические представления доклассового общества. В образе исторического лица — основателя селения либо персонажа, дающего ему название, вырисовываются контуры архетипа, из которого постепенно развились различные по своему социальному (подчас и этническому) происхождению персонажи, В образе же исторического лица, изготовляющего те или иные предметы материальной культуры, время от времени проступают сквозь толщу традиции его нижние слои, в которых некогда сформировался образ культурного героя, распавшийся по мере проникновения в его структуру реалий на множество персонажей, занимающихся различными видами хозяйственной деятельности. Есть в образе исторического лица и черты, роднящие его с демиургом: они (как правило завуалированные) проявляются в деяниях, результат которых — изменение рельефа местности.
Исторический персонаж нередко наследует от своих архаических предшественников и магическую функцию, которая чаще образует синкретическое единство с хозяйственной либо военной, сохраняясь в поздней традиции лишь в рудиментарных формах.
Итак, абстрагируясь от реалий, можно констатировать, что в образе исторического лица есть признаки предка-родоначальника, основателя селения, культурного героя, мага, силача, военного вождя, царя, а то и просто крестьянина, ремесленника. Однако при этом нельзя не учитывать, что эти же элементы, взятые в другом наборе и пропорции, составляют изображения персонажей, развившихся в других циклах. И это не удивительно, поскольку многоликость персонажей и связанных с ними функций — результат многократно происходивших дифференциаций, отпочкований, разветвлений и трансформаций некогда единого синкретического по своему составу образа мифического предка-родоначальника.
Офицер (как говорят, гвардейский капитан, по имени неизвестно), посланный для отыскания олончан, бежавших из новонабранного войска государя Петра Первого, проходил дремучими лесами до озера Онеги. При устье речки Лососинки нашел он одну мукомольную мельницу: кругом была пустыня и места необитаемые. Но воды, наполненные рыбами, и леса множеством дичи и зверей, а более слух о богатых рудах побудили его проникнуть до Маше-озера, вверх по течению Лососинки.
После сего другие посланные и личное посещение самого государя дали сей стране совершенно иной вид. При Петре Первом построен город Петрозаводск; учреждены чугуноплавильные заводы; найдена марциальная, целительная вода. Вся страна открыта, снабжена столбовыми дорогами и населена людьми русскими, причем большая часть мастеровых переведена из города Липецка.
Зап. в Петрозаводске в 20-е гг. XIX в. Ф. Н. Глинка//Глинка. С. 97.
Старожилы передают, что не более ста пятидесяти лет до нас место сие, принадлежа к погосту Шуйскому, населено было только •одною крестьянскою мельницею с избою на реке Лососинке, протекающей посредине нынешнего города. Случилось быть здесь чиновнику, который якобы послан был от царя Петра для того, чтобы отыскать людей, которые укрывались в здешнем крае, быв взяты в военную службу в начале образования правильных войск. Удаленность, безлюдность, а может быть, и скиты привлекали олончан возвращаться в свое место, тем более что прежний быт их как бы отделялся от общего. Чиновник, увидев места и наслышавшись о частной промышленности края чугуном, железом и укладом, взял с собою в Москву опыты здешних руд, представил их любознательному царю, с изъяснением мест, между прочим, и со стороны удобности к устроению заводов и к сообщениям по водам, столько для Петра во всех случаях любезным. По исследованию обо всем, основались заводы — Петровские, на Лососинке. Так гласит местное предание.
ОГВ. 1841. № 25. С. 131; Воспом. Игнатия-архиеп. С. 30—31; сокращ. не-точн. перепечатка: П. кн., 1858. С. 111; неточн. перепечатка: ОГВ. 1895-№ 100. С. 4.
Посланный от Петра Первого капитан гвардии (к сожалению имя его неизвестно) для поимки рекрут-олончан, бежавших из царских полков, пришел на реку Неглинку, где тогда стояла одна бедная мельница, где теперь губернский город Петрозаводск. Так проведал он о вековых запасах руд, донес царю — и закипела работа? Построили завод и город и придали имя Петра городу.