Был дан свисток, но пароходик стоял.
Посланный капитаном матрос доложил, что всё в порядке.
Снова свисток, и опять — ни с места. Дружно смеялись пассажиры.
Зап. от Чичерина И. Е. в г. Архангельске В. Допгобородов//Моряк Севера. 1957. № 15. 2 февраля.
Дело было так вот. Ездили мы, значит, за бревнами в казенную, дачу на Стопку-гору и навалили возы, поехали обратно. У него лошадь, значит, не могла поднять воза в гору. Он осерчал на нее, распряг лошадь, толкнул в сторону. Сам захватился за оглобли и воз затащил в гору. Потом снова заппяг лошадь, по ровной дороге лошадь повезла воз до дому.
Зап. от Рогова Ф. Ф. в дер. Агафоновской Поздышевского сельсовета Каргопольского р-на Архангельской обл. 14 августа 1970 г. Н. Криничная, В. Пулькин//АКФ. 128. № 39; Фонотека, 1374/2.
Вот еще был силач в деревне Алмозеро, пятнадцать километров отсюда. Дед мой — выходец оттуда. Дак вот рассказывал отец и дед, что такой Иван Дуров был, что лошадь запрягет в лес за бревнами, ну, для своего хозяйства, для постройки, для дворов, да для всего. Лошадь не может бревна вывезти из снега в лесу, в снегу, дак он выпрягает лошадь, а сам запрягается — и поехал, потащит за оглобли...
Зап. от Юшкова С. М. в дер. Девятины Вытегорского р-на Вологодской обл. 20 июля 1971 г. Н. Криничная, В. Пулькин//АКФ. 134. № 87; Фонотека,, 1623/20.
В Алмозере был силач, большой силач. Дак говорят, когда он женился и стал строиться, и он за два километра по шесть метров бревна таскал на себе и сарай срубил сам же. Один за один конец подымает, а с другой стороны положен камень, понимаешь, поднимает туда, на сарай.
Ну, а по зимам он работал на лесозаготовках. Лошаденка у него была, конечно, неважная. Он там дерево обделает, возили вот в Шляхтино этот лес, он шел на шлюза, для ворот и для разных, понимаете, изделий. Так он становится в цаповицы и выводит эту лошадь на дорогу сам.
А когда он холостовал, конечно, сила у него очень была... дак он боялся кого-нибудь ударить: если ударит, дак он насмерть побьет, понимаешь, такая была сила. Ну, а потом его в конце концов... а, значит, велели ему срубить березку на заготовках, а была залиплена береза в елочку (ну, а раньше не разрешали елку рубить, но тут разрешил ему десятник срубить елку), он подошел эту елку рубить, и ему суком в голову ударило.
Второй силач — Харин (мне он дядюшкой был), он тоже сильный был. Но он был не так чтобы... против Алексея Ивановича (Дурова). Тот, значит, что?. Раньше были деревянные бороны, дак вот поймает за оглобли и вот так подымает, понимаешь, делает в руках. Тоже очень сильный был.
Ну, когда он был молодым, он, значит, бедно жил. Лошади у матери не было: вдовица была она. Он запрягся в косулю (раньше были деревянные косули) и, значит, вспахал на шесть мер (двадцать пять соток) полосу. Ну, вспахал ту полосу, потом пошел кровью. Ну, это все перешло у него. Помер он недавно, у зятя помер...
Зап. от Харина Г. И. в дер. Девятины Вытегорского р-на Вологодской обл-20 июля 1971 г. Н. Криничная, В. Пулькин//АКФ. 134. № 91; Фонотека, 1624/1.
<...> Жителям был известен еще молодой крестьянин или мещанин, занимавшийся на Вытегорской пристани разгрузкой и погрузкой судов. Из барок он выкидывал на пристань кули в десять пудов или же брал их с пристани и укладывал на барке, поднимая их на значительную высоту, часто выше своего роста. Говорят, что в день он управлялся со ста кулями.
Однажды зимою, возвращаясь навеселе в Вытегру, он встретил крестьянина с возом сена и в доказательство, что воз мал, а лошадь бессильна и что крестьянину не стоит ездить в город с такими возами, он за полштофа водки доставил воз (заключавший, однако, в себе более десяти пудов весом с санями), на расстоянии пяти верст, на городской рынок. Может быть, от чрезмерной работы он преждевременно скончался.
Зап. И. С. Поляков//Поляков. С. 166—167; Записки ИРГО. 1873. Т. IIL. С. 488.
В Кандалакшской губе есть группа каменистых островов, называемых Робьяками. На одном из этих Робьяков жил некогда страшный змей, наводивший ужас на береговых жителей. Но, подобно всем злодеям, притеснявшим поморов, он тоже погиб от руки человека, неизвестно откуда пришедшего и куда исчезнувшего.
До сих пор на островке том туземцы показывают большой четвероугольный камень с отверстием в средине, под которым начинается глубокая пещера, служившая жилищем страшного чудовища.
Верещагин. С. 251; неточн. перепечатка: АГВ. 1862. № 38. С. 320.