— Амир, я взяла на себя смелость передать вашим родителям пирог с викрой.
— Спасибо, сира Маккой, с радостью примем подарок.
— Подержите, пожалуйста, коробочку, вот, и планшет. Ина, пойдем! Без обуви в гости соваться не прилично.
И мило улыбаясь, мама уволокла меня в дом, оставив Амира с папой, коробкой и планшетом.
— Какой милый мальчик! — запела мама в гостиной.
— Мама! Он друг и однокурсник!
— А жаль… — мама воздела глаза к потолку.
— Ууу! Я пошла!
— Иночка, больше ничего не забыла? — подозрительно-хитрый взгляд мамы в мою сторону.
— Нет, вроде. Если ты намеками говоришь, то мозг взяла! — что за намеки!
— Ну-ну! Пирог не помни!
Амир открыл дверь маленького флаера и галантно предложил руку помощи, которой я и воспользовалась. Усевшись, забрала у друга коробочку и сумку, и через пару секунд он уже сидел рядом. А еще через секунду мы взвились в небеса и помчались на восток.
— Как отдыхается? — через минуту, установив автопилот, повернулся ко мне парень.
— Нормально, если не учитывать ежедневного обжорства, — я хмыкнула, глядя на пролетающие облака под нами. — Амир…
— А?
— А как зовут твоих маму и от… папу?
— Отец — Мирто Стерн, мама — Алае Атолии.
— А почему у вас с мамой и от… Советником одна фамилия, а не с отчимом?
— Когда мама забеременела, об это узнал брат отца. Он тоже был влюблен в маму. И после… В общем, он значится моим отцом официально.
Как же все запутано!
— Мда, а где он теперь?
— Он умер много лет назад. Ина, — Амир запнулся, — я хочу тебе сказать о маме, чтобы ты не пугалась. Она ориентируется в окружающей действительности, но реагирует на все медленнее, и может иногда выпасть из реальности, а, потом, забыть то, что было недавно.
— Я поняла.
Мы пару минут молчали.
— Ты, правда, стала заниматься боем на мечах с Ривой?
— Да, правда, цель была другая. Я хотела научиться рисовать тело в движении. Но Ридрик поднял меня на смех и заставил бегать с палкой, чтобы в курсе быть у кого, где и какие мышцы, и как-то втянулась. Необычно это, в нашем мире размахивать железками.
— Я пробовал, мне тоже понравилось, но решил, что рукопашный бой все же полезнее.
— Ты в отряде Топура? — хотя, я и так знала.
— Ага, забавная, я тебе скажу, вещь — работать в команде. Для меня сложно.
— А мы ничего не делаем, вот надеюсь… попасть на художественный через год.
Амир как-то странно посмотрел, будто обрадовался.
— Значит, слухи правдивы, и вы вообще не тренируетесь?
— Смысла нет. Показывать силу не хочу, да и Рива, сам знаешь… Мне ее жутко жалко, она к этому как раз стремится, но у нее ничего не выходит.
— И хорошо, чем меньше девчонок в армии будет, тем лучше, — уверено заявил уитриман, глядя на бортовой монитор.
— Ты против женщин на службе?
— Конечно, это мужская обязанность, а уж никак не ваша. Если у меня когда-нибудь будет возможность, обязательно представлю такой проект.
— Проект?
— Я работаю на каникулах, да, если честно, и во время учебы с Советником, он оформил меня, как общественного помощника. Суть в том, что Советник на заседании может предложить проект закона, но требуются доказательства, обосновывающие необходимость его принятия. А это целое искусство. То, что приемлемо для одной расы, может быть отвергнуто другой. Те же арканты — они ведь помешаны на долге, им сложно будет объяснить, почему женщинам нечего делать в армии, даже если у них дар.
Ах, вот почему Амира никогда не видно! Теперь понятно!
— Ты вроде хотел тоже уйти из УИБа. Тогда зачем тренируешься? — решилась поинтересоваться я.
Амир промолчал, бросив на меня задумчивый взгляд. Загадочки!
— Мы на месте! — пальцы уитримана забегали по кнопочкам, и мы плавно опустились на маленькую площадку возле небольшого дома, утопающего в винограде.
Амир помог мне выбраться и, забрав сумку и коробочку, повел меня к дому. К нам на встречу вышли тот самый высокий седовласый уитриман, встречавший сына на космовокзале, и совсем невысокая уитриманка, до удивления красивая, с огромными глазами, тонкими чертами лицами, со струящимися жемчужными волосами, собранными в хвост. В ее крови явно были замешаны другие расы. Явно корван. Полукровка. Вот она была настоящим эльфом. Даже белая полоска шрама, пересекавшая лоб, ее ни в коей мере не портила.
— Мама, папа, — Амир остановился рядом со мной. — Это Итирина, моя подруга и однокурсница. Ина, это Мирто и Алае, мои мама и папа.
Я поклонилась и улыбнулась.
— Мне очень приятно познакомиться.
Мама Амира вдруг протянула мне руку, и я осторожно коснулась ее тонких пальчиков.
— У тебя очень красивая подруга, — ее голос журчал, как ручеек. Медленный ручеек. А я зарделась, чувствую по щекам. Вообще-то красавицей я не была, черты лица самые обычные.
— Нам тоже очень приятно, — мягко улыбнулся Мирто. — Пройдемте в дом, тут жарковато.
Пара развернулась и медленно вошла в дом, Мирто бережно придерживал жену за локоть.
А я… Как обычно! Пока мы летели на флаере, я сняла датчик с руки, от жары кожа под ремешком прела и, разумеется, его забыла. Извинившись, побежала назад, когда вернулась, Амир ждал меня на пороге.
— Не говори, что я безнадежна, и так знаю!
