– Ох, Марк, зря ты ее покрываешь. Она отцом вертела столько лет, а теперь будет тобой крутить.
– Мама, вообще-то я тоже сижу здесь и все слышу, – вставила я свое слово.
– Взять бы ремень, да всыпать тебе по первое число.
– Елена Ивановна, ну не надо так. Я же вам сказал, это было обоюдное решение. А маме я немного приврал. Не обязательно ей знать, что у нас тут происходит. Мы вместе и это главное.
На кухню забежал Шанди и приблизился к своей миске.
– О, Маркуша тоже поужинать пришел, – сказала мама, глядя на котенка.
Мой ужин так и остался недоеденным. Я встала из-за стола и вышла из кухни. Я не буду воевать с мамой. Пусть она ведет войну сама с собой. Однажды ей это надоест. Вместо этого я пошла и погладила рубашки Марка, которых набралось пять штук. Я никогда не любила это занятие, но раз решилась на авантюру, называемую семейная жизнь, роль надо исполнять добросовестно. И завтрак приготовлю, и секс на блюдечке. И вам больше не к чему будет придраться. Вот только понравится ли вам их холодная подача?
Утром я поднялась раньше всех и пошла готовить завтрак. Ко мне прибежал Шанди. Он потерся об мою ногу и требовательно попросил есть. Я дала ему творог, разведенный небольшим количеством молока, и налила свежей воды. После этого принялась за наш завтрак. Я сделала омлет, порезала пластинками ветчину, подрумянила в тостере хлеб, и пока он был горячим, посыпала на него тертый сыр, он расплавился и после остывания схватился корочкой.
На кухне появилась мама, когда я уже варила кофе в турке. Шанди сидел на мягком уголке и умывался.
– Доброе утро, – сказала она. – Чего так рано встала? Вину чуешь?
– Доброе утро, мама. Нет, есть захотела. Вчерашний обед у меня давно переварился.
Тем самым я напомнила ей, что вчера осталась не только без завтрака, но и почти ничего не съела на ужин.
– Маркуша-то уже поел?
– Не знаю, о ком речь. И если вдруг ты захочешь накормить моего кота, которого зовут Шанди, то спешу тебя предупредить, что он уже сыт.
Я наложила всем омлет, подала тосты, нарезку ветчины, разлила кофе и ушла «прихорашиваться». Марк тем временем тоже поднялся, побрился и пришел на кухню. Они не стали с мамой дожидаться моего возвращения и начала завтракать без меня.
– Лиза, а ты отцу сказала об отмене свадьбы? – спросила мама.
– Нет. Сообщу в ближайшие дни.
– Эта его кикимора наверняка обрадуется, что все отменилось.
Мы проигнорировали мамино замечание, хотя в душе я не могла с ней не согласиться. По стеклу застучал дождь, и мы все обернулись к окну. К счастью, Марк по утрам отвозил меня на работу на машине, и непогода меня не напугала.
Вдруг на зубе у Марка что-то хрустнуло, и это услышали даже мы. Он искоса посмотрел на меня. Видимо, ему попалась яичная скорлупа.
– Извини, – вежливо-холодным тоном сказала я. – Несколько осколков попало в омлет, я не смогла их выловить.
– Она никогда не умела яйца бить, – сказала мама. – Поэтому я ей не доверяла заводить тесто на выпечку.
– Да, Марк, готовлю я не очень. Просто у меня было мало практики. Однако я быстро учусь. Но что я тебе говорю, ты же знаешь, какая я способная ученица.
И я улыбнулась ему наигранно обворожительной улыбкой, умоляя собственный организм не окрасить меня алой краской при этих недвусмысленных намеках.
– Ничего, научишься. Я потерплю.
– Видишь, мама, не всегда путь к сердцу мужчины лежит через желудок. А, впрочем, ты мне всегда именно об этом и говорила. Мы, кстати, тебе не очень мешаем по вечерам?
Марк поперхнулся, да и мама зарделась от моих слов.
Я спряталась за чашкой кофе, потому что не смогла обмануть свою природу, и мои щеки тоже запылали. Я быстро закончила со своим кофе и убежала к себе в комнату, оставив посуду не вымытой. Не каждый день мне приходилось говорить такие вещи, и мне хотелось поскорее скрыться с глаз мамы.
Когда я завязывала галстук Марку, он не спускал с меня глаз.
– Лиза, что происходит?
– Что не так?
– Ты последние два дня сама на себя не похожа.
– Я привыкаю к новой жизни, Марк. Что тебя не устраивает? Завтрак я тебе приготовила, рубашки погладила, секс подала, галстук сейчас повяжу, что еще от меня требуется?
– Как минимум улыбнуться.
Я выдавила из себя улыбку.
– Теперь тебя все устраивает? – спросила я.
– Что за война между вами с Еленой Ивановной? Да и со мной ты не сильно любезничаешь. Это все опять из-за этого чертова кота?
– Это мой кот, Марк!
– Я уже сказал, что мне все равно, как его зовут. Это имя придумала твоя мама.
– Но кто навел ее на мысль это сделать! Только ты мог сказать ей, как звали… откуда имя Шанди.
