– Надеюсь, не в один год?
– Нет, Марк. Он опередил тебя лет на сто шестьдесят или даже больше.
– Ну слава богу. Лиза, я просил…
– Хорошо, молчу.
Я взялась за чтение стихов Лермонтова, но периодически возникающие возгласы Марка, сопровождаемые бранными словами, отвлекали меня от сосредоточенного прочтения, и я решила уйти в спальню. Я легла в постель, включила два светильника и погрузилась в книгу. Не знаю, сколько времени длилось мое чтение, но незаметно для себя я уснула.
Я увидела сон. Яркий, цветной и очень солнечный. Я на высоком обрывистом берегу, откуда открывается живописная панорама на склоны Кавказских гор, южную растительность и, конечно, на море. Я нахожусь в белокаменной беседке с голубой крышей на шести колоннах. Рядом со мной Шандор, и он читает мне стихи Лермонтова. Он улыбается и целует меня. И мы счастливы.
Я просыпаюсь, когда чувствую, как из моих рук кто-то вынимает книгу. Марк. Так нелегко после сна вернуться в реальность. Что-то кольнуло в груди, но я вздохнула и взяла себя в руки.
– Я, кажется, задремала…
Марк положил книгу на тумбочку, обошел кровать, снял с себя футболку и шорты, в которых ходил дома, и лег на свою половину, укрывшись одеялом. Я повернулась к нему.
– Марк, давай поговорим.
– О чем?
– О вчерашнем дне. Зачем ты выпил и сел за руль?
– На какую часть вопроса я должен ответить? – по привычке уставившись в потолок, спросил Марк.
– На обе.
– Я выпил всего пару стопок.
– Пару стопок?! Марк, ты еле держался на ногах. Мама помогала отвести тебя в спальню.
– Ну, значит последующих я уже не помню.
Марк замолчал, и мне пришлось повторить свой вопрос:
– Зачем, Марк?
– У меня был тяжелый день.
– Проблемы на работе? – встревожено спросила я.
Марк несколько секунд помолчал, продолжая сверлить глазами потолок, а потом ответил:
– Нет. Просто я устал. Мне надо было расслабиться.
– Если ты хотел выпить и расслабиться, не лучше ли это было сделать дома? Зачем садиться за руль? Ты хоть понимаешь, как мы с мамой за тебя переживали?
– Хорошо, в следующий раз я напьюсь дома. Это все, о чем ты хотела поговорить?
Он повернул голову и посмотрел в мои глаза.
– В следующий раз? – сказала я. – Марк, мне бы не хотелось, чтобы всякий раз, как тебе тяжело или ты устал, ты прятался за алкоголь. Ты взрослый и образованный человек, как ты можешь так рассуждать?
– Извини, сегодня у меня тоже был нелегкий день, и я хочу спать. Если у тебя все, спокойной ночи.
И он отвернулся от меня, выключив свой светильник. Я продолжала смотреть в его затылок, понимая, что этот разговор ничего не дал. Марк также на меня обижен и не собирается признаваться в причинах своей обиды. Я пододвинулась к нему ближе, и прижалась к нему своим телом. Правой рукой я скользнула по его плечу, предплечью и, нащупав его ладонь, обхватила ее своими пальцами.
– Марк, прости меня. Вчера утром я не должна была говорить тех последних слов. Ты прав, эта история с котом не стоит того, чтобы из-за нее ссориться. Пусть мама зовет Шанди, как ей вздумается, мне все равно. Гораздо важнее мне твое благополучие. Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось.
Марк молчал и не пытался сжать мою кисть своей рукой. Я коснулась губами его шейного позвонка, что был ближе ко мне, и, отодвигаясь от него, добавила:
– Спокойной ночи.
Я повернулась на другой бок и выключила светильник. В последующие несколько минут Марк не проявил желания к примирению, и я закрыла глаза. Сон быстро сморил меня, но не берусь сказать, сколько он продлился – пять минут или несколько часов, – потому что меня снова ждало пробуждение. Марк ласкал мое тело своими руками, стягивая все белье, что мешало ему насладиться им в полной мере.
– Марк, прости, – снова повторила я, когда вышла из состояния сна и откликнулась на его ласки.
– Ты моя, – шептал мне в ухо Марк. – Ты только моя.
– Да, Марк, я твоя…
Мы с Марком в очередной раз направились в гости к отцу. Савельев планировал поговорить с ним по поводу его доли в квартире. На тот момент развод с мамой уже состоялся. Нового заявления «молодые» еще не подавали. И, пока Марк вел беседы с несостоявшимся тестем на кухне, я пыталась вернуть Ларисе конверт с деньгами.
– Что это?
– Это деньги, которые папа давал на платье. Возьми, вам они нужнее.
Она скрестила руки на груди.
– Я так понимаю, Андрей отказался взять их, раз ты предлагаешь мне. Но я не возьму. Мы не нуждаемся.
– Возьми, ему не обязательно знать. Это для Маши. Купишь ей что-нибудь.
– Лиза, послушай. Сейчас, когда вопрос со свадьбой урегулирован, нам вполне хватает. Ты же знаешь доходы отца, нам этого достаточно.
– Но это его деньги. Не мои.
– Он дал их тебе. Я не возьму.
– Даже для Маши?
– Даже для Маши.
– Хорошо, не хочешь деньгами, скажи, что нужно, я куплю сама.
– Лиза, ничего не надо. У нас все есть.
