Предатель полностью

Пока я ухожу из столовой, в голове проносятся десятки ужасающих вариантов развития событий. А что, если Гейб признался? Или назвал кого-то другого? Эр Джей вообще ничего толком на сказал, и мое воображение сходит с ума. Существует ли мир, в котором Гейб свалит все на меня? Или он добавит в эту кашу еще одного подозреваемого? В голове мелькает картинка Сайласа в той машине рядом с Кейси, но я быстро отгоняю ее от себя. Сайлас весь вечер был с Ами, да и быть такого не могло. В этом уж я уверен.

Может, Лоусон? Да нет, я помню, Сайлас говорил, что они вместе искали Кейси. Да и никто не упоминал, чтобы Лоусон или Сайлас были мокрыми. Если бы кто-то из них был за рулем, они бы вымокли как минимум ниже пояса, пока брели к берегу.

Если только не переоделись перед началом поисков?

От всех этих подозрений пульс ускоряется вдвое. Вскоре я уже нахожусь в полноценной панике. Наши с Кейси отношения висят на ниточке из-за того, что скажет Гейб.

Бегу в общагу и врываюсь в нашу комнату, где Эр Джей сидит за своим столом.

– Я надеюсь, ты не прикалываешься, – вырывается у меня.

Он разворачивается на кресле.

– С чего бы мне это делать?

Потому что последнее время такое ощущение, что меня пытается пнуть каждый второй.

– Ни с чего. Забудь. Лукас тоже идет? – даже удивлен, что братишка Гейба меня не опередил.

– Я ему еще не говорил, – осторожно говорит Эр Джей, и меня это настораживает.

– Почему? Что Гейб такого сказал?

Он поджимает губы, словно внезапно начал сомневаться – и это теперь, когда я бежал сюда от самой столовой, чтобы послушать его вживую.

– Ну же, – рычу я. – Ты меня в могилу сведешь. Что там?

– Он сказал, цитирую: «Скажи Фенну, что я знаю правду».

Слова кажутся мне совершенно бессмысленными. Словно я проснулся после сильной черепно-мозговой травмы и заговорил на другом языке. Кручу их в голове и так, и сяк, и наперекосяк, но не могу понять, что Гейб хотел этим сказать.

Я надеялся на какую-то подсказку. На намек о том, что случилось в ночь выпускного, был ли он в машине с Кейси, и если был, то почему.

А вместо этого я получил вот это. Он знает правду? О чем? О выпускном, полагаю. Но какую именно правду Гейб, по его мнению, знает?

Башка раскалывается.

– И все?

– Ага.

– Какого черта это вообще значит? – ошарашенно сажусь на диван и продолжаю повторять сообщение в уме, надеясь, что промелькнет какая-нибудь мысль. Губы недовольно кривятся. – А Лукас меня вообще как-то упоминал в своем сообщение? Покажи, что он передал.

Эр Джей колеблется. Я прожигаю его взглядом.

– Ну ты серьезно?

– Прости, привычка. Одна из причин, почему я хорош в этом деле, это то, что я ценю конфиденциальность своих клиентов. Торговля информацией – это прибыльное дело, но только тогда, когда ты умеешь держать рот на замке.

– В жопу себе запихни свою прибыльность, я твой сводный брат. Что он написал?

Эр Джей с недовольным видом включает телефон и начинает листать. Потом зачитывает вслух:

– «Привет. Знаю, ты, наверное, злишься, и я тебя не виню. Папа повел себя как мудак. Я пытаюсь переманить маму на нашу сторону, но пока безуспешно. Просто знай, что я делаю все, что могу, чтобы вытащить тебя оттуда. А еще знай, что бы папа тебе ни сказал, это не из-за меня тебя туда отправили». – Эр Джей поднимает голову от экрана. – Ну и дальше там «надеюсь, ты в порядке, скоро спишемся», бла-бла-бла.

Я щурюсь.

– «Это не из-за меня» звучит как-то подозрительно, тебе так не кажется?

– Чуть-чуть. Но он же не сказал «Это не я, это все Фенн», так?

– Тоже верно.

– Хочу кое-что у тебя спросить. – Скрипнув спинкой кресла, Эр Джей откидывается назад и скрещивает руки на груди.

Его неловкое выражение лица вызывает еще больше подозрений. Осознав, к чему он клонит, я могу только выругаться.

– Ты что, спрашиваешь, не я ли настучал его отцу про его деятельность?

– А что, не ты? – как-то слишком уж удивленно спрашивает Эр Джей.

– Ну конечно же, нет, – оскорбленно огрызаюсь я. – Гейб мой лучший друг. И отец у него козел. С чего мне так его кидать?

– Может, ты пытался его защитить и решил, что только так он прекратит.

– Ага, да. Теперь я еще и плохой друг, потому что не сдал его?

Беззаботность Эр Джея посреди моей рушащейся на глазах жизни начинает меня бесить. Для него это все просто сплетни. Почти сериал по телевизору. А для меня это самое важное и разрушительное событие последнего года. И за последние несколько минут все стало только хуже.

– Да я вообще не осуждаю…

– Уверен? – холодно перебиваю я.

Он хмурится.

– Я просто пытаюсь докопаться до правды.

У меня вырывается резкий смешок. В этом месте все врут о чем-то уже так долго, что я не уверен, знаем ли мы вообще, как выглядит правда. В этой школе нет невинных, а в этой комнате и подавно.