Я закидываю руку на глаза, только чтобы не смотреть на него. Потом понимаю, что отступать некуда. И прятаться тоже. Так что я убираю руку и сажусь.
– Я почти уверен, что Гейб был за рулем в ту ночь, когда случилась авария Кейси, – ровным тоном говорю я.
Эр Джей молча смотрит на меня, словно загружается. Потом:
– Оу.
– Ага.
– И ты все это время об этом молчишь?
От меня не укрывается нота обвинения в его голосе. Даже неодобрения.
– Я ему должен, – просто говорю я.
– Он твой лучший друг, это я понимаю. Но скрывать что-то
– Много. – Тру виски, пока все тупые ошибки прошлых лет роятся в голове, подобно облаку шершней. – Он пару лет назад отмазал меня от тюрьмы. Я отплатил ему тем же в ночь выпускного.
– А детали будут? – ворчливо спрашивает Эр Джей, когда я замолкаю.
Блин. Он же так просто этого не оставит, да? Какой же у меня любопытный сводный брат.
– Летом перед одиннадцатым классом мы с Гейбом были в Хэмптонсе. Сначала ночевали у Лоусона, но его больной папаша нас вышвырнул, потому что мы слишком громко кутили. Так что мы переместились домой к девчонке по имени Молли и продолжили тусить там. В последний вечер там мы выяснили, что соседом Молли был какой-то звездный игрок из «Янкис», и она рассказала, что у него какой-то безумный шкаф с часами…
– Что такое шкаф с часами?
– Вот прям оно и есть. Чувак был одержим дорогими часами, и у него был целый шкаф с ними. Все такие красиво разложенные по полочкам в своих красивых коробочках. Я решил, что это очень смешно, и… Говорю же, все лето не просыхал.
– Господи. Ты вломился в дом игрока «Янкис»?
– О да. Если вкратце, то, когда все легли спать, я вбил в свою дурную башку, что будет весело вломиться к нему и стащить одни из его драгоценных часов. И каким-то образом у меня это вышло. У чувака не было никакой гребанной охраны, только одна камера. Даже сигнализацию не включил, прежде чем уходить. Пошел в клуб со своей моделью нижнего белья, то бишь девушкой, а я тем временем спокойно поднялся в их спальню и рассмотрел шкаф с часами. Выбрал самые классные и свалил оттуда.
– А Гейба с тобой не было?
– Что ты, нет. Гейб не тупой. Он пытался меня отговорить, но я все равно это сделал. Ушел, когда он уснул. На следующее утро началось представление. Янки обнаружил пропажу часов, вызвал копов. Мы увидели, как они толпятся у соседнего дома, так что я сбегал на пляж и выкинул часы в воду. Они опросили всех соседей, нас в том числе. Я попросил Гейба прикрыть меня, и он так и сделал, не задумываясь. Сказал, что я всю ночь был с ним, что я накидался, и он за мной присматривал, чтобы я не захлебнулся рвотой во сне или типа того. Они нам, конечно же, сначала не поверили, но тут подключился папа Гейба. Мистер Киприан раньше был генеральным прокурором штата, так что у него было достаточно влияния.
– Гейб и отцу соврал?
– Ага. Поклялся на Библии – а Киприаны типа суперкатолики, так что поверь, Марку Киприану этого хватило. Гейб меня прикрыл, а его отец подтвердил его показания. – Встряхиваю головой. – Янки хотел крови. Если бы мистер Киприан не прикрыл меня благодаря Гейбу, я бы попал за решетку, тут без вариантов. – Тут я опускаю голову, снова чувствуя горечь вины в горле. – В ночь выпускного мы с Кейси были едва знакомы, чел. Она была мне, считай, чужой. Тогда я был не на ее стороне. А на стороне своего лучшего друга, которому был капитально должен.
– Но она больше тебе не чужая, – тихо напоминает Эр Джей.
– Поверь, я в курсе.
Эр Джей и понятия не имеет, как больно мне носить это все в себе. Подозревать лучшего друга в худшем. Представлять, что он мог бросить девочку умирать. Эр Джей не знает, что это делает с твоим взглядом на людей, на самого себя. Я выбрал прикрыть Гейба, а не Кейси, потом попытался искупить вину, защитив ее. Но этого недостаточно.
Она не заслуживает ничего, кроме правды.
Все время нашей дружбы я был в одном неосторожном шаге от того, чтобы проговориться. Но потом я вспоминал Гейба. Он мой лучший друг, ее я люблю, а теперь она отдаляется все дальше, и я остаюсь ни с чем. Каждый день, который Кейси проводит без правды, ломает ее чуть сильнее. Вскоре она рассыпется на столько осколков, что больше уже никогда не вернется к себе. Не вернется ко мне.
Прошлой ночью она сказала, что
Мне просто нужно дать ей повод.
Наш разговор прерывают стуком в дверь, и мы оба испуганно смотрим на нее.
Эр Джей встает открыть и вскоре с облегчением оборачивается на меня. Значит, не за мной. А Тресскотт, я смотрю, особо не торопится. Нарочно заставляет мучиться.
– Йоу, – говорит кто-то, и в нашу комнату заходит пара двенадцатиклассников.
Старший из них, Ксавьер, приветственно кивает мне, а потом поворачивается к моему брату:
– Короче, у меня сейчас в гостях два кузена с Манхэттена. Хотел притащить их сегодня вечером на бои.
Эр Джей смотрит на него в упор.
– И что?
– Ну, так… – Ксавьер ерзает на месте и запихивает руки в карманы. – Можно?
– А мне-то, блин, какая на хрен разница?
