Я приехала на Крестовский, чтобы собрать свои вещи и перевезти их в Дашкину квартиру. Оставаться здесь ещё хоть на одну ночь я не собиралась.
Уже сложила всё основное в чемодан, остались только мелочи. И вот сейчас передо мной в дверях стоял Эдуард Борисович Белецкий. Собственной персоной. Такой огромный, что занимал своей могучей фигурой весь дверной проём. Странно, что при его упорном желании влезть в мои дела и мою жизнь, он не открыл дверь своим ключом, а позвонил в звонок.
— Их здесь нет, Рита. — продолжал разубеждать меня в очевидном Белецкий. — Я просто увидел вашу машину на парковке и решил рискнуть и заявиться без приглашения. Я могу зайти?
— В таком-то тумане и разглядели? — ехидно ухмыльнулась я, потому что разглядеть на улице можно было что-то не дальше двух метров. Значит, либо Эдуард бродил кругами возле моего парковочного места, либо в квартире камеры!
— Так я пройду, Рита? — с непробиваемым спокойствием переспросил нежданный гость.
— Вы же хозяин, зачем спрашиваете. — поджала я губы и развернувшись пошла вглубь квартиры. Мне осталось только сложить домашний ноутбук и зарядные устройства в сумку.
— Я не сделал тебе ничего плохого, чтобы ты разговаривала со мной в таком тоне, Рита. — невозмутимо прозвучало мне в спину.
Я притормозила и обернулась.
— Вы следили за мной.
— Здесь нет камер. — Эдуард прошёл за мной следом, но остановился на комфортном для меня расстоянии. Не приближался, не нависал, не давил своим присутствием. Держал дистанцию.
— Возможно. — кивнула я. — Зато есть ваш соглядатай Вова.
— Пырьев просто охраняет вас.
— Считаете, что мне нужна охрана?
— Лишним не будет. — подтвердил этот непробиваемый.
Я фыркнула и с сердцем пихнула в боковой карман сумки для ноутбука зарядное устройство.
— Ты мне нравишься, Рита. Я не очень умею вот это вот… в слова. — Эдуард сунул руки в карманы пальто, которое так и не снял. — Мне кажется, поступки лучше показывают отношение человека к другому человеку. К понравившейся женщине. Я пытаюсь ухаживать за тобой, Рита.
Я растерянно опустила руки и развернулась всем телом к Эдуарду. Глядя на неподвижно стоящего великана, задумалась.
Если разобраться и быть уж совсем честной с собой, то Эдуард не сделал мне ничего плохого. Он всё это время незримо был рядом, заботился, пускай и неуклюже. Решал мои проблемы, большие и маленькие. Даже защищал, стоит вспомнить неожиданное появление Вовы на парковке и то, как он заступился за меня.
И злилась я, потому что хотела, чтобы это был Кир. Чтобы Кирилл, а не посторонний в сущности мне мужчина, интересовался моими анализами, моим самочувствием, как проходит моя беременность. Чтобы мужа, а не Эдуарда интересовал мой гемоглобин, и он изучал бы в интернете информацию об этом. Чтобы Кир беспокоился, поела ли я вовремя.
Подарил мне машину, которую обещал. Присылал цветы в офис, который уже превратился в цветочную галерею.
Но муж звонил редко и говорил исключительно зло. Наседал, требуя вернуться домой. И о ребёнке он вспоминал, только как о причине, по которой я должна вернуться в семью, к мужу.
— Эдуард… — я подняла растерянный взгляд Белецкого.
— Не говори ничего, Рита. Не спеши. — глухо произнёс Эд. — Я всё понимаю. Я готов ждать. Просто разреши быть рядом.
В квартире пахло дезинфицирующими средствами и бытовой химией. Поэтому, бросив у двери чемодан, я первым делом прошла и открыла все три окна на проветривание, заодно включила кухонную вытяжку, и уж потом, медленно прошлась с инспекцией по своей новой территории обитания.
Квартира-студия блестела чистотой. Никаких явных признаков того, что в ней некоторое время кто-то жил, не наблюдалось. Всё стояло на своих местах, никуда не переместилось и было идеально чисто.
Плоская глиняная чаша, которую Дашка сделала и расписала своими руками на мастер-классе в гончарной мастерской, по-прежнему занимала своё почётное место на кухонном столе. Красивая маленькая черепашка из муранского стекла красовалась на консоли под висящим на стене телевизором. Посуда в кухонных шкафчиках была аккуратно расставлена и сияла чистотой. Кафель в ванной комнате был натёрт до блеска. За раздвижной стеной из непрозрачного стекла, отделяющей спальное место, выбранная нами с дочерью кровать была застелена ярким покрывалом ручной работы, которое мы привезли из поездки в Тунис.
Тяжело вздохнув, я вернулась к чемодану у двери и покатила его к шкафу. Разбирать вещи сил совсем не осталось, поэтому я только вытащила из него свою любимую пижаму и взяв из шкафа новенькое, никем не использованное полотенце, отправилась в душ.
Долго стояла под льющейся сверху тёплой водой, наслаждаясь мягким массажем струй. Окончательно расслабившись, едва добрела до кровати. Собрав последние силы, заправила её чистым бельём и уже падая в неё, вспомнила, что оставила открытыми окна и не выключила вытяжку над плитой.
Со стоном поднялась и пошла закрывать окна. На улице было сыро и холодно, и за ночь квартира могла выстудиться.