Он хотел догнать некромантку и снова пронзить ножом, но ватные обессилевшие руки и помутневшее сознание взяли над ним верх, не дав воплотить желаемое.
Тогда он, сидя в луже крови, в поражении коснулся окровавленной рукой лба и с ужасом прошептал:
– Метка…
Факт: Мартин произошел из знатного клана двенадцати лучей Солис-ден, по этой причине он носит у горла брошь с солнцем двенадцати лучей.
«– С е н с о р…у ж е…п о л у ч и л…м е т к у…С к о р е е…н а й д и…к а м е н ь…и…п р и н е с и…е г о…б у д у щ е м у…П р о в и д ц у…
– Иди к джелийскому черту!
– И з м е н и…б у д у щ е е… Р е л и к в и и…д о л ж н ы…с о е д и н и т ь с я…В р е м я…и г р а е т…п р о т и в…ж и в ы х…»
День в университете был загруженный, но почти все учебное время я витала в облаках и предавалась мыслям о Кайле. Чем больше времени мне доводилось провести рядом с ним, тем чаще я стала замечать его привычку: когда информатор о чем-то размышлял, он потирал подбородок, не касаясь красного шрама. Казалось бы – обыденный жест, но в его движениях было что-то притягательное. Загадочное. Почему на ночнорожденной плоти, способной к колоссальной регенерации, оставался «вечно свежий» шрам? Кайла явно забавляло мое любопытство, но он тут же пресекал вопрос поверхностным ответом: «Нет, он не болит. Просто не заживает». Говорил это Кайл уверенно, но у меня все равно закрадывались нотки сомнения, что он врал.
Учеба занимала слишком много времени, и я совсем забросила поиски ответов про Асентрит. Главное – выгнать вон из головы голоса. Но час для тренировки в закрытом корте мне удавалось выкроить.
Стычка на студенческом сборе и слова Озела не давали покоя. Чувство вины прокралось внутрь. Абсурдное и нелогичное сожаление о прошлом, об истории огня, в которой не было моей вины. Но когда я увидела его глаза – мое сердце сжалось.
Понурив голову, ссутулившись, я брела в сторону корта. Пока не раскрыта правда, пока я остаюсь в тени, это место станет моим пристанищем.
«Надеюсь, это ненадолго».
Заняв позицию в центре корта, я неспеша принялась поднимать температуру тела. Нагревание ладони, пара потрескиваний искр – и небольшой лоскуток пламени вспыхнул в руке. Маленький зверь поглощал кислород и стремился разрастись. Но мне нужно обуздать стихию, предназначенную уничтожать.
Вдох-выдох.
Вытягивая руки вперед, я выпустила небольшой поток огня и сдерживала его в одном ритме, не позволяя увеличиться. Секунда, две и, похоже, это максимальный контроль, который мне удалось получить.
– Гребаные две секунды… – я с ненавистью смотрела на свои руки и безмолвно проклинала этот огонь. – Еще раз.
Еще один, второй, третий, шестой, восемнадцатый раз. Бесконечные попытки, не приносившие результата. Пот заливал лоб, а опаленные руки начинали ныть. Опираясь о колени, тяжело дыша, я прокручивала в голове слова Озела, будто пытаясь найти силы.
«…Я никогда не забывал тех, кого забрало пламя…»
– Закон Кампуса есть закон, ты должен был забыть об этом.
«…С ними сравнимы только кровососы. Те убивают из-за жажды крови, но огненные ублюдки убивали ради развлечения…»
– Это ложь! – кричала я в пустом помещении и слышала эхо своего униженного голоса.
«Почему они все еще помнят прошлое? Получение мира в Кампусе имело свою цену. И об этом, Топь его побери, гласит второе правило – отказ от ненависти взамен мира. Гребаные эфилеаны огня, гребаное пламя, гребаная история!»
– Гребаные ублюдки! – Я швырнула пламя в стену.
Так жарко, так раздражающе и невыносимо.
Тишина. Пустой корт.
И снова нет ответа.
Неделю в расписании в моей группе не было тренировок на корте, но теперь, видимо, настал день «раскрытия пламени». Сегодня мне предстоит побороться за место в белом городе, за возможность быть принятой обществом как элементалий огня.
Безликий скиталец обретет желанный лик.
Учебные обязательства подошли к концу, и эфилеаны поспешили на площадку. Мне выдали экипировку воздушных элементалиев – легкий облегающий тканевый костюм.
Собираясь в группы и общаясь, студенты готовились к предстоящей практике.
Смуглые и высокие элементалии земли облачились в темно-коричневые костюмы, к ним прилагались части экипировки, по форме напоминающие доспехи с наплечниками и наколенниками из высокопрочной древесины.
Элементалии воды ходили в плотных костюмах, закрывающих конечности, чем-то похожих на водолазные. У эфилеанов воздуха одеяние было похоже на костюмы эфилеанов воды. А еще они оказались… легковоспламеняемыми!
Ночнорожденные, ведьмы и волки не имели формы.
А барьерский подвид вообще не участвовал в университетских спаррингах.
