И вот сегодня должно было состояться торжественное награждение победителей Игр и вручение дипломов. Но я ждала этот момент даже не для того, чтобы, наконец, получить документ об образовании. Куда сильнее мне хотелось встретить Астера и спросить у него, как чувствует себя Далт. Сейчас айвирский принц оставался для меня единственным возможным источником информации, да вот только просто так до него добраться было невозможно. Я пыталась, несколько раз приезжала во дворец, просила об аудиенции у его высочества, и меня даже записали… на конец месяца. Увы, раньше в его плотном расписании места не нашлось.
Зато нынешним вечером Астер должен был присутствовать на официальной церемонии закрытия Игр, и именно там я собиралась его поймать.
Но время, словно назло, тянулась, как резина, а моё волнение усиливалось с каждой минутой. Чтобы не оставаться в таком состоянии совсем одной, я спустилась в столовую и, к своему удивлению, обнаружила здесь всех товарищей по команде. Вот только они при моём появлении отвернулись… а я решила не напрягать их своим присутствием. Заняла маленький столик у окна и вот уже больше часа молча наблюдала за дождём.
И, наверное, слишком сильно погрузилась в свои мрачные размышления, потому что даже не заметила, как к столику кто-то подошёл.
– Привет, – проговорил кто-то рядом.
Я повернулась на звук и вдруг вскочила с места и просто кинулась на шею к Астеру. Он легко обнял меня в ответ, но сразу отстранился.
– Ну чего ты? – улыбнулся Ас, садясь на стул напротив. – Ведь никогда раньше меня так не встречала,
– Ты не представляешь, как я тебя ждала. Поверь, добраться до тебя почти нереально, – затараторила я. – Скажи, что с Далтером? Мне ведь никто ничего не сообщил. Усыпили и увезли в общежитие…
– Тише, – он жестом попросил успокоиться. – Не переживай. Жив твой Корн. Его в тот же день отправили в Вергонию в королевский госпиталь. Там работают несколько ведьм, да и целители хорошие. Обещали поставить на ноги.
С моих губ сорвался вздох нереального, всепоглощающего облегчения. Возникло ощущение, что все эти дни я тащила на себе огромную плиту и лишь теперь сбросила этот безумный груз. На душе вмиг стало и светлее, и легче, и даже плечи сами собой расправились.
Астер наблюдал за мной с покровительственной улыбкой, а в глазах сияло понимание.
– Больше тебя ничего не интересует? – спросил он. – Например, судьба твоей родственницы ведьмы?
– Даже если она всё-таки моя мать, после того, что она сделала с Далтером, я не хочу ничего о ней слышать.
– Не мать, – успокоил меня Ас. – А её младшая сестра. Получается, твоя тётка. Кстати, с наследственностью по женской линии у тебя прям беда. Даже радует, что ты не ведьма, а маг. А то, знаешь, пришлось бы сразу взять тебя под пристальный контроль. Принять, так сказать, превентивные меры.
– Я рада, что не ведьма, – несколько раз покивала. – И хорошо, что она не моя мать. Да, мама тоже отличилась, заслужила своё наказание, но… я хотя бы не видела всех её деяний.
Астер кивнул, бросил взгляд на моих сокомандников, которые внимательно за нами наблюдали, и снова повернулся ко мне.
– Это что, бойкот, или ты сама от них отсела? – спросил он с искренним интересом.
– Я бросила их в последний день Игр. На самом ответственном этапе, – сказала, пожав плечами. – Их обиду можно понять.
– А они не спросили, почему ты отсутствовала? – уточнил Ас, а его лицо из расслабленного стало серьёзным.
– Они сами сделали выводы. Правда им не нужна.
Он хмыкнул, снова развернулся к ребятам и, поманив их рукой, попросил подойти. Те быстро оказались рядом. Обступили стол, но смотрели при этом только на Астера, а не на меня.
– Знаете, ребят, зачем я вообще пришёл до награждения? – начал Ас, откинувшись на спинку стула и скрестив руки на груди. – У меня было дело к Микаэлле, но и тут, смотрю, без меня не разобраться. Не хотите спрашивать у неё, почему она прогуляла финальный этап, спросите у меня. Я знаю. Мы с ней вместе были. А с нами ещё два отряда вергонской и айвирской тайной полиции. И, поверьте, никто из вас не хотел бы оказаться в тот момент на нашем месте. Вы бегали по лесам? Пытались завоевать флаг противника? Замечательно. А мы вычисляли крайне опасного преступника, похитившего дорогого Микаэлле человека. И знаете, если бы не она, мы бы его живым не нашли. Потому мне особенно печально видеть, что девушка, рванувшая спасать чужую жизнь, теперь сидит одна, а те, кто должен был хотя бы спросить её о случившемся, просто устроили ей бойкот.
– Элли… Ты же могла сказать… – ошарашенно проговорила Лили, а на её лице отразилась полная растерянность.
Я отрицательно мотнула головой и упёрлась взглядом в край стола. Ну зачем Астер это затеял? Справедливости ему захотелось? А кому нужна тут эта справедливость кроме него?
