Предательство полностью

— Как дела, чувак? — Я услышал вопрос своего менеджера за несколько секунд до того, как он приземлился на диван рядом со мной. Прижав к себе милую брюнетку, Квинси поцеловал ее в шею, а затем поднял свою бутылку пива и щелкнул ею о мою. — Как костяшки?

— Все еще функционируют, Кью, — сказал я ему, прежде чем сделать глоток пива. У меня все болело, но адреналин, который все еще бурлил во мне, притуплял боль.

Квинси сегодня праздновал. Как и брюнетка на его коленях, и остальные сорок с лишним человек, собравшиеся в отдельной комнате бара «Краш». Я сделал это. Наконец—то. После восемнадцати месяцев крови, пота и чертовых слез я стал чемпионом.

Чемпионом...

Ирония в том, что сейчас я находился на вершине той самой игры, из — за которой семь лет назад меня бросили за решетку.

Мне было двадцать пять лет, и большую часть своей взрослой жизни я провел за решеткой, расплачиваясь за ошибки того лжеца...

— Чуешь этот запах, чемпион? — Квинси хихикнул, глаза у него были затуманены, и он находился на седьмом небе от счастья. — Это, дружище, запах успеха, свободы. — Я не был уверен, что когда— нибудь снова смогу привыкнуть к этому ощущению свободы.

Прошло уже восемнадцать месяцев с момента моего освобождения, и каждый день мне казалось, что я живу в долг. Но я не стал озвучивать свои мысли. Вместо этого я встал, выпил еще одну рюмку и направился к бару.

В дальнем конце бара мое внимание привлекла темноволосая женщина, и когда я понял, кто она, мой мир рухнул...

— Хоуп? — воскликнул я, проталкиваясь мимо пьяной парочки, чтобы добраться до своей старой подруги.

Сердце бешено стучало в груди.

— Хоуп? Тиган с тобой, она здесь?

— Держись от нее подальше, Ноа, — предупредила меня Хоуп, прежде чем броситься прочь от бара.

Черт возьми, я держался от нее подальше.

Каждый гребаный день с тех пор, как она сбежала от меня, я чувствовал себя так, будто у меня кровотечение.

Она была моей колючкой.

И я собирался ее вернуть.

****

Тиган

«Что я для тебя значу?» выпалила я, никогда не отличавшаяся изящными формулировками. Мои щеки покраснели, я чувствовала, как они горят, но не отводила взгляд от его лица.

«Все» пробормотал Джордан, не отрывая взгляда от блокнота, на котором он рисовал. Его пальцы так быстро двигались по бумаге, так мастерски, что я застыла, глядя на него, поглощая его.

Он выглядел хорошо, слишком хорошо для моей двуспальной кровати, на которой сидел, слишком хорошо, чтобы его не трогать, и я просто зудела от желания прикоснуться к нему.

Его волосы были в беспорядке, сексуальный беспорядок кудрей, а все его тело выглядело слишком соблазнительно.

Боже, гормоны официально нашли меня. Это был всего лишь третий день летних каникул. Нам предстояло провести вместе еще как минимум месяц. Как, черт возьми, я собиралась справиться с этим?

«Все». Я проверила это слово и решила, что это отличный ответ.

«Ты действительно это имеешь в виду?»

«Конечно» добавил он с усмешкой. «Ты мой маленький ключик...»

— Это правда очень хорошо, — пробормотала я про себя, изучая книгу в своих руках. Сев поудобнее, я прижалась к плюшевым подушкам на нашем диване, поглощенная последним шедевром моей лучшей подруги.

«Ты собираешься сказать мне, что не так?» спросила я, затаив дыхание, боясь его ответа, надеясь, что он солжет и скажет, что с ним все в порядке, потому что этот взгляд в его глазах приводил меня в ужас. Ему было больно. Я чувствовала это по тому, как дрожали его руки, я видела это в его глазах. Что-то было не так.

«Джордан» прошептала я, когда он не ответил.

Он не смотрел на меня.