Да, мой биологический отец Василий Царьков. Не знаю, где он познакомился с моей мамой, милой девочкой из интеллигентной семьи. Ей было 18 лет. Она совершенно не знала жизни и была очарована своим взрослым поклонником. Отец красиво ухаживал, заваливал девушку цветами и дорогими подарками. Когда мать поняла звериную сущность Царькова, было уже поздно. Несмотря на то, что она была беременна мною, мама не хотела выходить замуж за Василия. Но он был не из тех, кто выпустит «своё» из рук. Он запугал её, и эта свадьба состоялась. Трем сотням гостей Василий гордо демонстрировал свою красавицу-невесту, бриллиантовую диадему и подвенечное платье, привезенное из самого Парижа. А после свадьбы начался ужас, который продолжался 12 лет.
Все 12 лет он бил и унижал мою мать. Я поклялся себе, что вырасту и убью его. В нашем доме были постоянные попойки и гулянки, на которых мать в вечернем платье, в бриллиантах должна была улыбаться и подавать закуски гостям. А его бесконечные любовницы! Бедная моя мама, как она вытерпела всё это. Она просила развода. Но отцу нравилось издеваться над ней. Он узнал, что у мамы был друг, который любил её со школы. Мама не встречалась с ним, но отец попрекал её и избивал почти каждый вечер.
Я посещал лишь начальную школу, меня возил охранник, который сидел в коридоре, пока я занимался. Затем стали приглашать учителей на дом. Я ненавидел отца и свой дом, похожий на позолоченную темницу.
Когда отец погиб в перестрелке, мы с мамой вздохнули с облегчением. Мама даже на похоронах не могла скрыть свою радость. Отец завещал всё своим любовницам. Но мы были рады, что вырвались из ада. Мама вышла замуж за своего школьного друга почти сразу после поминок. Мы уехали в Екатеринбург, и у меня началась другая жизнь. Отчим усыновил меня. Я стал Пичугиным Марком Олеговичем, и забыл, как страшный сон, прежнюю жизнь.
Мы жили обычной семьей, где есть мама, папа и сын. Я учился в школе, меня записали в футбольную секцию, на музыку и шахматы. У меня появился отец, а вскоре родились сестра и брат.
Мама приезжала в Новосибирск лишь однажды, на похороны своего отца. Моя бабушка осталась одна в Новосибирске, но категорически отказалась к нам переезжать. На семейном совете я предложил выход: я перееду к бабушке после окончания школы. Высших учебных заведений полно и в Новосибирске, ну и хотелось начать самостоятельную жизнь.
Бабушка у меня была мировая, чем-то на твою Ксению похожа. Она получала весьма скромную пенсию. Мать каждый месяц переводила ей деньги, чтобы бабушка ни в чем не нуждалась. Так моя бабуля все эти деньги на меня тратила. Я в то время увлекся спелеологией. Она оплачивала мои поездки, покупала не только комбезы, каски, обувь для меня, но и дорогое тросовое снаряжение для всей команды. Она умерла, оставила мне свою квартиру, которой я дорожу, и живу в ней до сих пор. Каждая вещь в ней напоминает мне мою дорогую бабушку.
Я не знаю, кто на самом деле расстрелял тогда, в 1999 году, бандитов: Игорь или его отец. Игорь не скажет. Но я бы ему в пояс поклонился, за семью свою, за жизнь свою.
Ника, твоей жизни угрожает кто-то, но только не я. Береги себя, пожалуйста!
Ника на несколько раз прослушала запись, затем стерла её. Она вытерла слёзы и обреченно побрела ночевать к Кате. Кирилл позвонил, когда она подходила к Катиному дому. Она остановилась у палисадника.
– Ника, я подъехал к тебе, но ты уже ушла с работы. Охранник сказал, что ты ночуешь у какой-то поварихи на веранде. Я не пойму, зачем себя истязать? Есть же большой хороший дом. В конце концов, мы можем спать на разных этажах. Или я переночую у друзей. Живи одна в доме. Я сейчас же заберу тебя оттуда! По словам охранника у этой поварихи полный дом детей. Кошмар!
– Кирилл, прости меня за неблагодарность. Но я никогда не буду жить в твоём доме. У нас с тобой нет будущего. Я не люблю тебя. Тебе лучше уехать и забыть про нас.
– А Дима! Он же мой сын! Ты не скажешь ему обо мне?
– Скажу, но не сейчас. Вырастет, я открою ему правду. Пусть сам решает, как поступить. Прощай.
Ника отключила телефон и бросила его в сумку. Вот и всё! Она разрубила этот узел, рассталась с надеждой, с мечтой. Но мечта эта была детская, призрачная и несбыточная. Она решительно вошла в двери Катиного дома. Этот день совершенно вымотал её, к тому же Катины внуки вечером не орали, а смотрели какое-то кино. Ника уснула раньше Кати.
Кирилл позвонил на следующий день к концу работы. Он вывалил на Нику разом столько информации, что она, не прерывая, выслушала его до конца.