Приезжий кивнул и направился к выходу. Хозяин поглядел ему вслед, покачал головой и возвратился к прерванному занятию. Он спешил закончить подсчет, пока приезжие располагаются в комнатах, потому что потом времени не будет, потребуется подавать обед, а там и вечер. Вечером трактирщику - самая работа, тем более, что нынче наверняка и местные сойдутся поглядеть на приезжих, послушать привезенные обозом новости.
Толстяк зазвенел монетами, но дело не ладилось. То грош выскользнет между пальцев, то со счета собьешься. Хозяин, сопя, сгреб монеты в кучу и приступил заново... но с удивлением обнаружил, что руки слегка дрожат. Странный постоялец не шел из головы. Магия, подумал толстяк, не иначе, приезжий чары какие-то навел, Гангмар бы его унес... С досадой выругавшись, кабатчик позвал жену занять его место за стойкой, а сам ушел на кухню, мешать варево в котле и проворачивать вертел. Потом медяки сочтет. Принесла же нелегкая этого выродка... хотя, если платит исправно, то пусть живет, чтоб ему сдохнуть.
Гедор вышел за ворота и двинулся вдоль забора. Под сапогами поскрипывал слежавшийся снег, вечерело. Сперва попадались редкие прохожие, спешащие, должно быть, в трапезную "Золотой бочки", потом улица опустела. Местные разошлись по домам, едва повозки прибывшего в Вейвер конвоя скрылись во дворе постоялого двора. Холодно, темно, что на улицах делать?
Забор тянулся и тянулся, парень подумал, что заведение занимает довольно много места для такого небольшого городка. Дойдя до угла, он свернул, здесь снег не был утоптан, ровную белую плоскость пересекали цепочки следов. С задней стороны двора оказались другие ворота, ведущие на рыночную площадь. Очень удобно. Отъезжающие и вновь прибывшие постояльцы не мешают тем, кто расположился надолго и торгует здесь, в городе. Потому и двор за постоялым двором большой - конюшни, склады товаров. В самом деле, удобно, все продумано, все складно устроено. В таком захолустье, как Вейвер, ничего не меняется не то что годами, а веками, пожалуй. У местных было время обустроить все разумно, что называется - по уму.
Гедор пересек площадь и стал высматривать дом с зеленой крышей. Уже порядком стемнело, но нужное здание отыскал без труда. Огляделся, запоминая округу, и пошел по Мельничной улице. Ставни в домах по обе стороны были заперты, то тут, то там в щели пробивались тоненькие скудные лучи. Свечи в домах грели тускло, а может не свечи, а дешевые лампадки с растительным маслом... да и бычьи пузыри, которыми были затянуты окна, едва пропускали свет. Путник остановился. На белом снегу постройки и в сумерках отчетливо выделялись, но требовалось отыскать вывеску.
Гедор остановился, полез за пазуху и вытащил из-под одежды амулет на цепочке, тускло светящийся камешек в дешевой оправе. Дальше парень зашагал уверенней, камешек нес заклинание ночного зрения. Шагать пришлось довольно далеко, едва ли не до стены, ограждающей Вейвер. Гедор подумал, что местный маг, должно быть, живет скудно, так как в маленьких городах жилье у городской стены - обычно самое дешевое.
Вывеска на неказистом здании гласила: "Известный маг Рудигер Чертополох. Заходи, не пожалеешь!" Надпись сопровождала картинка - колючее растение, это для неграмотных, чтобы искали дом с чертополохом.
Пришелец постоял с минуту, оглядываясь и прислушиваясь, затем постучал. За дверью послышались шаркающие шаги, потом одышливое сипение - должно быть, маг выглядывал в какую-то щель, старался рассмотреть гостя, но в темноте было видно плохо, даже если использовать заклинание вроде того, которым располагал Гедор.
- Кто пришел? - наконец окликнули изнутри.
- Мне бы к колдуну, - старательно изображая неуверенность в голосе, тихо проговорил Гедор. Он не боялся ни мага, ни соседей, однако сейчас хотелось обойтись без шума. Пусть хозяин решит, что пожаловал клиент, этакий простак, который теряется перед дверью "известного мага Рудигера Чертополоха".
Со скрежетом сдвинулся засов, дверь приоткрылась, Чертополох выставил в щель руку с фонарем. Пришелец проворно перехватил тонкое запястье, вывернул. Маг тихо охнул и, роняя фонарь, отшатнулся. Гедор, подхватил светильник и шагнул следом. В сенях он ногой захлопнул дверь. Из-за заклинания ночного зрения парень сейчас плохо видел, а потому на всякий случай не выпускал руку чародея и хватку не ослабил.
- Кто... ты? - прохрипел маг. - Отпусти... больно.
- Возьми свое барахло и не дергайся.
Чертоплох послушно принял свободной рукой фонарь, гость выпустил запястье чародея и торопливо упрятал амулет под воротник. Снял шапку и пригладил волосы. Колдун охнул и отступил на шаг. Свеча от движения вспыхнула ярче, выхватывая из темноты дряблые морщинистые щеки, приоткрытый рот и испуганные глаза.
- Мясник? Ты? - фонарь в руке мага ощутимо вздрогнул.
- Здорово, Медуза. Далеко же от Ливды ты на дно залег.
