— Этот храм построили в честь Святителя Филиппа, предстоятеля Русской церкви. — женщина снова перевела взгляд на храм, — Филипп отказался от боярской жизни и ушёл в послушники. Он нашёл себя в служении богу и был счастлив. Но счастье его продолжалось не долго. Считая Филиппа истинным христианином, зная его кротость и преданность убеждениям церкви, царь пригласил его стать митрополитом, в надежде, что такой правильный человек сможет противостоять алчности и злобе бояр. Но он ошибся в своём выборе. Филипп противостоял не только боярским бесчинствам, но и бесчинствам, в общем, в том числе жестокой и несправедливой, по отношению к народу, политике царя.
Женщина снова посмотрела на Илью.
— А знаете, Илья, говорят, что он со слезами умолял царя не отлучать его от скромной монашеской жизни. Но Грозный царь с помощью священнослужителей очень настойчиво его уговаривал. Филипп решил, что это воля божья и принял тяжкое бремя предстоятеля Русской церкви.
Марина снова посмотрела на храм и как‑то презрительно усмехнулась.
— Удивительно, правда, Илья? Человек отказывается от власти, но его уговаривают обрести власть, а затем убивают, из‑за того, что он так и не смог смириться с несправедливостью власти. Если бы он не поддался на уговоры, то прожил бы долго и счастливо, ведь ему это было совершенно не нужно, а разве может человек делать то, что ему не нужно, да ещё так, как от него этого требуют…? — взгляд её погрустнел, и на глаза навернулись слёзы.
Илаев стоял молча. Он слушал рассказ женщины, не осмеливаясь перебивать. Видимо она нелегко решалась на эту встречу.
— Вы меня простите, что я так странно себя виду, но… — Марина запнулась, — Сами понимаете….
Илаев молчал.
— Давайте зайдем на территорию? — предложила Марина.
Они прошли внутрь. Здесь было гораздо тише и прохладнее, нежели за ограждением, словно Илья и Марина пересекли невидимый, но надёжно защищающий территорию храма, от зноя и шума, рубеж.
— Скажите, а вы хорошо знали Михаила? — прервала молчаливую пауза вдова.
Илья в душе скривился, ему не хотелось обманывать эту женщину, но вариантов у него не было.
— Мы часто довольно тесно общались по многим рабочим вопросам, — слова неохотно вылетали из уст Илаева.
Марина ухмыльнулась.
— Вы работали вместе?
— Не совсем. Я журналист, работаю в нескольких изданиях, в том числе в ряде журналов освещающих вопросы культуры и истории. Михаил не редко консультировал меня, а я помогал ему с публикациями. — соврал Илья.
— Понятно. — Марина вздохнула. Затем остановилась, и немного подумав сказала, — Возможно это к лучшему.
— Что именно? — поинтересовался Илья.
— То что вы не занимаетесь наукой. — сухо ответила женщина.
Они снова пошли вперёд по аллее. Солнце святило ярко, но храмовые деревья защищали Илью и Марину от палящих лучей.
— Видите ли, Михаил так много уделял внимания своим исследованиям, экспедициям, научным собраниям, что у него совершенно не оставалось времени на меня. Он даже считал, что нам рано заводить детей, а я хотела. — женщина повернула голову в сторону Ильи и решительно посмотрела ему в глаза, — Я же просто женщина и мне хотелось жить с мужчиной, надёжным, заботливым, сильным. Мне хотелось, что бы он защищал меня от житейских трудностей. А он…
Она отвернулась.
— Илья, понимаете, — снова заговорила девушка, — Он любил меня и переживал, что не может создать мне комфортную жизнь, но и свою науку он оставить не мог. Мы часто ссорились, на этой почве. Миша мне обещал, что скоро, всё изменится…
Илья терпеливо слушал её. Вероятно, Марина хотела рассказать Илье что‑то важное, но не знала, как подойти к этому, и решила, начать с такого откровенного рассказа.
— Но ничего не менялось, а когда Миша уехал в Грецию, я познакомилась с Антоном — женщина занервничала, в голосе появились откровенные злобные нотки. — Солидный, богатый, ухаживал как бог. Мне показалось, что вот таким должен быть настоящий мужчина, — теперь голос женщины задрожал, из глаз потекли слёзы, — Я устала, понимаете, Илья, устала жить ожиданиями, устала кормить себя надеждами, что всё изменится, и мы заживём по–человечески.
Она достал из сумочки платок, и промокнула слёзы на лице.
Илье было неловко, он не понимал, к чему клонит Марина, а то, что она говорила, было похоже на исповедь, или оправдание.
— Марина, вы красивая женщина. И нет ничего удивительного в том, что мужчины оказывают вам внимание.
Вдова убрала платок в сумочку.
