У Мужа Два было одно и несомненное преимущество: он говорил много ласковых слов, давал много обещаний, словом, вел себя так, что женщины, жаждущие «чистой, благородной и страстной любви», обязательно откликались. Закончить отношения с другими дамами для него было сложнее, чем перестать пить водку и бросить курить, хотя последнее теперь осуществлялось только на деньги Люсинды. Ее выдержка закончилась, когда к ней на работу пришла молодая девица и сообщила:
— Я жду ребенка от вашего мужа.
— Вы в этом уверены?
— Уверена, — сказала наглая молодайка и сообщила некие подробности, о которых могла знать только женщина, которая проводила в постели с ее Мужем Два не один день. Дома разразился нешуточный скандал.
— Ты не пропускаешь ни одной юбки! — орала Люсинда и била об пол посуду. — Ты связался с парикмахершей, уродец! Ты опозорил меня на весь город! На меня показывают пальцем! За моей спиной смеются!
Муж Два был изгнан со скандалом, и Люсинда дала себе слово больше замуж не выходить. Слово держалось ровно год, громадный срок для женщины, которая одна быть не могла по определению.
На роль Мужа Три она приглядела вдовца, ей так хотелось спокойной семейной жизни, и чтобы не она сгорала от страсти, а любили и обожали ее. Она устала от таких эмоций. Мужчина работал скромным водителем такси, которое часто довозило ее до работы по утрам. Производить впечатление на мужчин Люсинда умела, а с годами отточила свое мастерство до виртуозности.
С Мужем Три проблем не было вообще никаких: он отвозил и привозил с работы, жарил оладьи и подавал кофе в постель. Вечерами они гуляли в парке, и он нежно смотрел на нее. В скором времени Люсинду начало тошнить, нет, не в буквальном смысле слова, — Муж Три ее раздражал, раздражал его запах, его прикосновения. Как оказалось, она не могла жить без страсти и эмоций, от которых хотела безрассудно отказаться. Интимная жизнь с Мужем Три сошла на нет, а разговаривать, даже при ее необыкновенной коммуникабельности, было не о чем. Поддерживать разговоры о пассажирах и маршрутах она устала, а слушать о его прошлой жизни было неинтересно.
— Тебе не угодишь, — сетовала подруга. — Да если бы мне по утрам кофе в постель, я бы не рыпалась. Ну чего тебе не хватает?!
— Скуууушно мне, тоооошно. Я знаю все наперед, в нем нет ни огня, ни романтики. Жизнь без этого не жизнь.
— Ну, огонь у тебя уже, положим, был, — возражала подруга, намекая на Мужа Два. — Ты на себя в зеркало давно смотрелась? Тебе через пять лет государство начнет выплачивать пособие, называемое пенсией, а ты все о любви тоскуешь! Ты зажралась!
— Может, и зажралась, — согласилась Люсинда. — Но больше не могу.
Муж Три исчез тихо, как и появился, а на работу ее теперь возило другое такси. Потом были неудачные эксперименты с сайтами знакомств. Неудачные, потому что, когда доходило до знакомства реального, ее избранники сетовали на плохое материальное положение и просили денег. Люсинда была дамой прагматичной, в финансовой поддержке отказывала, и мужчины, один за другим, исчезали.
Она не унывала, пыталась знакомиться везде, в том числе в фитнес-клубах, куда приходила за здоровьем и фигурой. Молодого человека с некрасивым шрамом на лице она заметила еще две недели назад, но он так увлеченно двигался по беговой дорожке, что совершенно не замечал ее обжигающих взглядов. Терять время Люсинда не любила и сделала так, что он обратил на нее внимание. Пусть он считает, а мужчины это любят, что он сделал первый шаг, но она-то знала истинное положение вещей!
Он понравился ей сразу, этот альфа-самец, в нем была скрытая мужская сила, сексуальность, и рубец только добавлял шарма. Но еще в нем чувствовалась мощная энергетика, энергетика разрушения и страсти, энергетика наполняла, чувствовалась и жила в этом человеке, Люсинду было не провести.
Когда она плюхнулась на сиденье его машины, мужчина посмотрел на нее так пристально, что душа ушла в пятки. Она спросила у себя:
«Может, пока не поздно, выйти из машины?»
Люсинда уже была готова открыть дверцу, но водитель нажал на газ, и она вмиг забыла о своем желании.
Он не стал церемониться и даже не предложил ей вина, а сразу повел в постель. Люсинда захлебывалась от желания, у нее давно не было мужчины, поэтому она без стеснения подставляла ему для поцелуя попеременно все части тела. Она в нем не ошиблась, это было то, что нужно: обжигающий страстью секс.
— Иди, душ прими, там полотенце белое и халат. — Ей показалось, что он сказал это как-то бесцеремонно, но спорить не стала.
В ванной она рассмотрела все углы и вещи, которые там были, и поняла: постоянной женщины у него нет, жены тоже. У нее был наметанный взгляд на такие детали.
— Мне было хорошо с тобой, — промурлыкала Люсинда, как обычно ворковала с понравившимся мужчиной. Он словно не слышал ее, и она снова повторила: — Милый, мне было хорошо с тобой.
Но тут же опешила от жесткого взгляда, которым он одарил ее.
— Свари мне кофе, — это было сказано приказным тоном.
