Она прошла на кухню и нашла все необходимое. Кофе он пил в кровати, а она сидела на стуле и ощущала себя служанкой, причем служанкой второго сорта, и ей это совсем не нравилось.
В квартире было три комнаты, она огляделась, встала и подошла к окну.
— Ты мне понравилась, — вдруг сказал он, и ее сердце мгновенно размякло. — Мы будем с тобой встречаться два раза в неделю. Надеюсь, у тебя нет возражений?
— Нет, милый, давай попробуем. — Люсинде еще захотелось поиграть с ним в любовь, но она уже понимала, что романтики тут не будет.
Позже она не пожалела, что согласилась встречаться с ним, впрочем, о чем жалеть дамочке бальзаковского возраста, самой спровоцировавшей встречу с молодым мужчиной?
«Секс и ничего личного» — так бы она озаглавила их роман. Обычно они созванивались накануне и договаривались о времени. Ключ от его холостяцкого жилища ей даже не предлагали. Люсинда привыкла варить и подавать кофе, с тоской вспоминая, как это трепетно делал ей Муж Три.
В какой-то момент она обнаружила, что одна из комнат его квартиры заперта на замок.
— Ты не пользуешься этой комнатой?
— Пользуюсь, в производственных целях.
— Тюльпаны выращиваешь? Или хранишь там трупы своих жен, и тебя зовут Синяя Борода?
— Совершенно идиотская шутка. Я по специальности химик и там провожу опыты, мне это нужно для работы.
— А где ты работаешь?
— Ты задаешь слишком много вопросов. Я работаю на машиностроительном заводе. Кстати, женат никогда не был, поэтому отрывать головы бывшим женам у меня нет никакой необходимости, но, если ты попробуешь туда зайти и тем самым нарушишь очень важный для меня технологический процесс, не исключено, что твоя голова может там оказаться.
Люсинда засмеялась, но внутри у нее все сжалось от страха.
— Он запросто может меня убить. Убить и не поморщиться. Ты хотела приключений, девочка? — спросила она у себя. — Вот и получила их по полной программе.
Юльке было жалко Марию Петровну Крупинкину: мало того, что мужа убили, дочка непутевая, на похороны к отцу не приехала, да еще неожиданно узнать о делишках мужа, которые он вел за ее спиной! Шутка ли, тайно приобрел дом в Испании, который зарплатой гальваника явно не предусматривался. Реакция Марии Петровны понятна и предсказуема.
— Вы не волнуйтесь только, я постараюсь вам помочь!
Как она будет помогать, Юля пока совершенно не представляла.
— Ты ведь журналист, ты все можешь.
Юля не стала разочаровывать Марию Петровну и только вздохнула:
— Могу!
Говорить о том, что она может написать хороший текст, но это совсем ничего не значит, она не будет. Для того чтобы на публикацию отреагировали, нужно много факторов, в том числе и грамотный журналистский запрос, а пока вся информация, которой она располагала, — только основа для будущей словесной конструкции.
— Давайте сначала, Мария Петровна, иначе я не смогу вам помочь, — это было чистой правдой. — Может, покупка дома в Испании как-то связана с убийством Федора Крупинкина?
— Хоть сначала, хоть с конца. Про дом я ничего не знала. А может, ты чего ошиблась? Ты правильно документы прочитала? Не ошиблась?
— Да нет же, Мария Петровна, нет. Достоверность сделки подтвердил нотариус по фамилии Камышев. Это первая зацепка. Но ведь вам в течение полугода надо вступить в наследство, чтобы оформить собственность на себя, эту квартиру, дачу, машину и, извините, дом в Испании. Претендовать на все это добро может и ваша дочь, поэтому ее надо найти и получить письменный отказ от наследства или наследством с ней поделиться. Вот как-то так получается, Мария Петровна. С наследством иногда возникают проблемы.
— Плохо получается. Где же я дочку найду, если она даже на похороны родного отца не приехала? Хотя, если про наследство разнюхает, особенно про испанское, так и явится. О господи, за что мне это!
— С юристом я попробую вам помочь, он же нотариуса отыщет. Надо с покупкой дома разобраться. Но почему-то его убили, Мария Петровна! Кстати, он за некоторое время до смерти говорил технологу Насте Ельчинской, что его жизнь ничего не стоит. Почему?
— Это новая молодая девчонка-технолог?
— Она самая.
— Федор говорил, что толковая, слушает его, а у него опыт — дай бог каждому, он молодым всегда помогал. Я ее на похоронах видела.
— Мария Петровна, я о другом совсем. Почему он так сказал?
— Да откуда мне знать! Он скрытный был, Федька. Последнюю неделю злой был, угрюмый, мне казалось, что он звонка все время ждал, с телефоном в туалет ходил. Я подумала, может, какая дамочка завелась…
— А что, такие истории с ним случались?
— Зима не без мороза, журналистка. Вот ты замужем?
— Нет, но у меня есть любимый человек, и мы скоро поженимся.
— Ну, вот когда поженитесь, тогда и узнаешь. Мужики, они на все способные, даже если им за шестьдесят.
— Мария Петровна, вы же вели хозяйство и, наверное, должны были знать, если такая покупка недвижимости состоялась?
