Перед тем, как сесть обедать-ужинать, поставил на стол сканер, радиокомплекс, ноутбук. И начал пир горой, глядя поочередно на все три устройства и слушая запись радиопереговоров, отобранных фильтром.
Датлайцы особой активности не проявляли. Не выходили за рамки привычного. Поездки на дальность до двухсот километров, несколько перелетов, мелкие перемещения. Они работают. Плетут сети в чужом мире. Врастают в жизнь, заводят контакты, лезут вверх, к вершине власти. Словом, проводят весь комплекс мероприятий согласно их плану внедрения.
К каганату близко не лезут. Либо решили пока оставить эту область, либо перепоручили дела кому-то из местных подручных. Установки благоразумно не светят. Что, честно говоря, немного удивляет. Неужели не пытались ни разу проверить связь с Датлаем? Странно.
Впрочем, я свою установку тоже не трогаю. Наладится связь – парни мигом прилетят. Так чего лишний раз технику тревожить. Может, и датлайцы следуют этому принципу?
Радиокомплекс послушно проматывал радиопереговоры. Все, которые записал на определенных частотах, в определенных диапазонах расстояний. С определенным фильтром слов: Датлай, разведка, разведгруппа, командир, старший, установка, ПСД, оружие, боеприпасы, техника и еще десятка два слов из датлайского словаря.
Но датлайского языка слышно не было. А вот слов на английском, немецком, французском, испанском, китайском, русийском языках хватало. И оружие упоминали, и наркотики, и командиров, старших, разведку тоже. Но все это было не то.
Я не первый день слушаю эфир, уже вычленил с десяток интересных абонентов, определил особенности их аппаратуры, голоса, манеру разговора. Даже прогнал образцы голосов через специальную программу в ноутбуке, чтобы распознать датлайский акцент. Но положительного результата не было.
Либо датлайцы умело подделывали речь под местную, либо (что более вероятно) сменили частоты. Так что слушал я дельцов всех мастей и рангов, возможно, полицейских, агентов и прочий люд, причастный к торговле оружием, наркотиками, техникой.
Ноутбук, настроенный на прием и запись информационных и аналитических передач телевидения всего мира, дублировал телевизор и радио. Интернациональные компьютерные сети, еще слабые, плохо развитые, тоже разнообразием не баловали. Правда, я выловил там несколько фотографий, сделанных во время недавних боев. Видимо, среди наемников были корреспонденты зарубежных телеканалов. А может, кто из самих наемников баловался.
Несмотря на обилие самой разнообразной информации из разных источников, я так и не мог найти однозначный ответ на вопрос «Что делать дальше?». Одинаково подходящими и столь же неудобными были все варианты. Отъезд – это проблемы с обустройством на новом месте, врастание в жизнь. Хоть в Югорской республике, хоть в других образованиях. Даже в Европе или в Америке придется какое-то время потратить на осваивание.
К тому же остается вопрос с Миленой. Она-то вряд ли захочет покидать республику, ярая патриотка, доброволец. Да и потом – как ее перевозить? Ведь обычные средства передвижения не подходят. А показывать установку постороннему, даже очень любимому человеку я не мог. Не имел права.
Поймав себя на том, что уже третий или четвертый раз называю Милену любимой, подумал, что она действительно стала таковой. И что все же влип в ту же историю, что и миллионы мужчин до меня. Причем в довольно неудачное время.
– Любовь нечаянно нагрянет, когда ее совсем не ждешь… – напел я под нос, отключая сканер и ноутбук.
«Подождем с принятием решения до завтра, – подумал я перед тем, как лечь спать. – Утро вечера мудренее. Завтра что-то определится. С планами республики, с планами каганата. И эта девчонка приедет. Тогда и будем думать. Одно пока ясно стопроцентно – с работой в отделе покончено. Не полез бы только Березин выяснять отношения. Не сдержу еще своего двойника – точно прибьет придурка!..»
…А ночью я подтягивался. На турнике. Во сне, конечно, потому что слишком легко это выходило. Тело стало невесомым, и мышцы рук без особых усилий поднимали тело к перекладине.
– …Двести сорок три, двести сорок четыре, – отсчитывал за спиной менторский голос. – Неплохой результат. Изменения пошли тебе на пользу.
– Мог бы обойтись и без них. Мне и своих сил хватало. – Я, оказывается, еще и разговариваю во время подтягивания.
– Не скажи. Своих сил тебе хватало раньше. А теперь без новых возможностей ты не проживешь.
– Это как?
– Вспомни завал в Периметре. Или бои на Миренаде. Не будь ты измененным, просто не выжил бы.
– Может быть. – Руки продолжали работу, вздымая тело вверх и плавно опуская вниз. По идее, мышцы должны были хоть немного устать, но пока я никаких признаков не заметил. – Но не возникни Ворота и Периметр, не попал бы в такие переделки. Это еще лучше.
– Двести семьдесят шесть. А вот это от тебя уже не завит. Что произошло, то произошло. Назад пути нет.
Голос звучал ровно, без эмоций, словно за моей спиной стоял робот. Впрочем, может, робот там и был. Я как-то не испытывал большого желания оглядываться. Да и некогда.
