Что-то сломалось в моем представлении о мире или земной шар перевернулся? Раньше бы МакСтоун за любое упоминание о матери в глотку зубами вцепился. Поворачиваю голову и вижу гуляющие желваки на скулах парня. Глаз нет – вместо них черные дула пистолетов. Матео даже не понял, что только что обрел смертельного врага. Это тебе не Герб, которого сдерживает младший брат и врожденная мягкость характера. МакСтоун, если выберется из заварушки, городок с лица земли сотрет, вместе с любыми воспоминаниями о Ла-Сантэлло. Как бы не дошел до свидетелей своего позора. Авосяна не тронет, потому как равный, а мне устроит смертельное ДТП, чтобы лишнего не сболтнул, о том как матушку его грязью поливали, а он стоял и ничего не делал.
- … трусы все до одного, потому что рабы от рождения, - прооравшись, Матео начал понемногу успокаиваться. Сбавил обороты речи, перестал ходить из стороны в сторону, и наконец встал напротив, тяжело уперев кулаки в столешницу. – Аристократишки давно забыли, что значит рисковать: ходить по лезвию ножа и ждать выстрела в любую секунду. Для риска нужна сила духа вольного орла, а не болеющего рахитом льва, что всю жизнь просидел в вольере. Ваши далекие предки может что-то и знали об этом, вы же – сплошь вырожденцы. Ушло ваше время, пришла пора уступить место под солнцем молодым и голодным.
Это он-то голодный? Пускай расскажет об этом голожопому карапузу на дороге. Пацаненок в жизни столько еды не видел, сколько сейчас было на столе. А ведь больше половины не съедят, псам скормят или того хуже – выкинут на помойку, где тот же карапуз подберет, если успеет, конечно.
- Чего лыбишься, клоун? Да-да, с тобой разговариваю, который в идиотской шляпе. Я что-то смешное сказал?
Действительно, улыбаюсь, только вот мало веселья было в той улыбке. И как так вышло, что не уследил за эмоциями?
- Нервное, - говорю и делаю непроницаемым лицо, но поздно - хищник почувствовал цель. Одного сольного выступления артисту маловато, хочется продолжения. Тем более, что зрители вокруг зашептались, предвкушая новое представление.
- Вы слышали, он нервничает, – Матео обвел взглядом толпу. В зрачках его заплясали бесята, предвкушая легкую поживу. МакСтоун хотя бы выглядел солидно, а я кто - клоун в шляпе?- Не бойся нас, мальчик, мы люди добрые. Хочешь фрукт, возьми со стола.
Апельсин был тут же изъят с блюда Диего, что сидел по левую руку. Толстяк протянул оранжевый плод и по-доброму так заулыбался. Дескать, подойти сюда малыш, возьми вкусняшку. Чернявая девица, стоящая за спиной главаря, хищно облизнулась: знает чертовка, чем развлечение с фруктом закончится.
Смотрю на главаря, вежливо так произношу:
- Я не боюсь.
- Хочешь сказать, что я ослышался, как и десятки людей вокруг? - Матео обвел рукой, хотелось сказать: комнату, но нет, скорее зрительный зал.
- Воронов, - попытался цыкнуть на меня Авосян. Ох и балбес, зачем настоящую фамилию сообщать окружающим или это он от неожиданности ляпнул. Не переживай, Герб, все нормально будет. Я так, пообщаюсь маленько, без последствий. Чувствую, как по телу пробегает легкая дрожь - это адреналин, волнами расходится по кровеносной системе организма. Мысли приобрели воздушную легкость, а тело стало необычайно гибким, пружинистым, готовым сорваться в бой в любую секунду. Какая там коленка, даже не чувствую простого покалывания. До чего же прекрасные ощущения, наполненный силой и энергией.
- За меня додумывать не надо, - сообщаю Матео, с трудом подавляю неуместную веселость в голосе, до того распирало. – Про страх ты сказал, не я.
- Смелый значит? - Матео вышел в центр комнаты. Хотел это сделать медленно, величаво, но под конец сбился на быстрый шаг. Оно и понятно: у него тоже в крови коктейль эмоций: бушует и требует выхода. Хочется прилюдно наказать наглеца, но простым мордобитием это не сделать. Сам задрал планку до высокого искусства, организовав театральное представление. Теперь думает, как сделать сие действо поизящнее, чтобы с фантазией вышло.
Встал напротив, но близко подходить не стал, сохранив расстояние в три шага. Только сейчас заметил белую нитку шрама на смуглом лице, что тянулся от мочки уха вниз - по скуле, словно неизвестный пытался срезать маску с лица, но так и не довел дело до конца. Поди тоже был режиссером, обожавшим местечковые спектакли. Гребаные театралы!
Вспомнил Гочу и его брата, вспомнил десяток других отморозков, про которых слышал или имел несчастье видеть в родном мире. Все они были склонны к эпатажу в той или иной степени, у кого на что фантазии хватало. Митяй по прозвищу «Страйкер» любил, к примеру, избивать неприятеля в битой: не подделкой какой, а самой настоящей, привезенной якобы из Америки. И орал он заморское слово «страйк», когда с разбегу опускал дубинку на череп очередной жертвы. Сомневаюсь, что он понимал значение термина, как и правила бейсбола в целом, но имя себе сделал. Его так и нашли по весне, полуразложившегося с любимой битой, восточнее городских садов.
