— Я совсем не могу думать о прошлом теперь, — признался он тихо. — Хотел бы забыть и не могу. Оно есть, и никуда от него не деться.
Улыбка Доктора погасла, он наклонил голову набок и сразу стал похож на странную взлохмаченную птицу.
— У каждого есть свои скелеты в шкафу, — сказал он, — проблема в том, что у тебя их слишком много — тысячи, миллионы. От них не убежишь так просто — фьють, и нету.
Они замолчали. Доктор изучающе смотрел на Сека, тот сидел, сложив руки перед собой и опустив голову. Он так хотел стать по-настоящему человечным — и, наверное, никогда не сможет. Прошлое не даст ему такой возможности. Доктор… Доктор, пожалуй, был единственным существом, которому Секу хотелось понравиться таким, какой он сейчас. Было страшно не оправдать ожиданий, но хотелось рассказать обо всем, чему он научился, что понял и что почувствовал за эти годы — совсем небольшой, на самом деле, срок. Если говорить о чувствах, то оно ближе всего было, как ни странно, к любви. Это было глупо, и Сек пожал плечами. Любовь — совершенно другое дело, к ним с Доктором она не может иметь никакого отношения.
— Я хочу стать… таким, как люди, — неожиданно для самого себя проговорил Сек, — но, наверное, не знаю, как.
— А зачем? — спросил Доктор, наклонившись вперед. — Зачем ты хочешь быть, как люди? Будь самим собой. Ты уникален, ты сам мне говорил — первый и единственный из своей расы… Кстати, раса и прочее, о чем ты рассказывал на Манхэттене — это тоже спойлеры, так?
Слова застряли в горле. Сек выпрямился и переплел пальцы, Доктор не отводил взгляда, сердце снова заколотилось как бешеное. Страх и… желание одобрения. Сказать «да» или сказать «нет»?
— Да, — ответил наконец Сек. — Да, это… спойлеры.
Вместо ответа Доктор кивнул и ободряюще улыбнулся — хотя улыбка эта совсем не выглядела веселой.
— Иногда кажется, Доктор, что я не понимаю, зачем я здесь. Зачем я живу. Раньше со мной такого никогда не было, я знал свою цель, свою миссию, а сейчас… — Сек крепко сжал губы и посмотрел в сторону. — Я знаю, что ты и сам не сможешь ответить. Это риторический вопрос.
— Нет, почему же, — начал медленно Доктор, — я могу попробовать.
Он облокотился о столик, подпер щеку ладонью и, остро прищурившись, смерил Сека взглядом.
— Ты счастлив?
Сек моргнул.
— Я… не думал об этом.
— А стоило бы. — Доктор мечтательно посмотрел вверх. — Живи, чтобы быть счастливым, и все тут. Не надо ничего усложнять! Все просто. Посмотри на людей — они живут ради счастья, правда, тоже не всегда это понимают. Просто живи — и делай что должен, что можешь и что хочешь, так, чтобы эти три пункта совпадали или не мешали друг другу, только и всего.
Сек вздохнул. Это только звучало просто. На самом деле это не могло быть реальным способом, нельзя же заниматься только… Захотелось поспорить с Доктором, убедить его, что все гораздо сложнее, чем кажется, что он просто не понимает трудностей, но тогда бы пришлось рассказывать слишком о многом. Пришлось бы ставить в пример того же Мортимуса… Нет, ни в коем случае!
— Извини, — сказал Сек, вспомнив вдруг, что давно хотел это сделать.
— За что? — удивился Доктор.
— За ту девушку, Розу.
Лицо Доктора тут же помрачнело, взгляд стал холодным и отстраненным — и Сек пожалел, что упомянул об этом.
— Я знаю, как это — терять тех, кого… любишь, — сказал он тихо. — Уже знаю.
Некоторое время Доктор сверлил его не самым приятным взглядом, но потом смягчился и покачал головой.
— К этому со временем привыкаешь, — пробормотал он.
Повисло молчание. Солнце медленно, едва заметно для взгляда ползло по небу, тени стали резче, чернее. Сек на всякий случай включил голографическую маскировку, и вовремя: почти сразу мимо них прошла группа тихих и на вид очень довольных туристов. Доктор проводил их взглядом и сказал:
— Все-таки я люблю людей. Потрясающие существа!
— Да, — согласился Сек. — Но понять их иногда очень трудно.
— Понять как раз легко. Предвидеть — трудно. Кстати! Я как раз собирался на экскурсию, — сказал Доктор. — Она начнется буквально через полчаса. Хочешь посмотреть на Сапфировый водопад? Полночь — прекрасная, удивительная планета! Ты бывал здесь раньше?
Очень хотелось согласиться. Хотелось рассказать Доктору все, потому что именно он и никто другой мог ему помочь. Может, ТАРДИС забросила его сюда именно для этого? Чтобы он рассказал? Чтобы Доктор помог ему? Мортимус найдет эту планету по следу Тандокки рано или поздно, если оставить его ТАРДИС здесь и отправиться с Доктором…
Но ведь придется все время лгать. Да и Доктор, конечно, спасал планеты, множество планет, но какой ценой? И готов ли он сам снова — опять — заплатить такую цену за помощь, какую заплатил тогда, на Манхэттене?
Сек поежился.
— Нет. Но планета, конечно, очень красивая. Я останусь здесь, мне надо. Может, когда-нибудь потом. В другой раз.
Доктор вздохнул и, наклонив голову набок, серьезно посмотрел на Сека — снова «рентгеновским» взглядом, от которого хотелось спрятаться, прикрыться чем-нибудь плотным. Броней.
— Спасибо.
— За что? — удивленно спросил Сек.
