— С того дня много воды утекло, — мрачно произнес Барсук. — Тогда я еще не знал, насколько опасно находиться рядом с тобой. Характерники живут тихо, не привлекая к себе лишнего внимания. Ты же словно глаз смерча… Вроде бы вот я стою и спокойно говорю с тобой, но один неосторожный шаг в сторону и меня уже засасывает в гигантскую воронку. Уничтожение стаи вервольфов, исчезновение Ульфа, конфликт с ведьмами — все это звенья одной цепи.
— Вижу, ты решил обвинить меня во всех смертных грехах, старик, — хмыкнул я. — Твой Ульф уже давно снюхался с живодерами старой Бримы. Рано или поздно не я, так кто-нибудь другой наказал бы стаю, а вместе с ней и твоего подопечного.
Барсук было вскинулся, но смог сдержать себя.
— И да, — продолжил я, хмыкнув. — Если вдруг думаешь, что я как-то связан с исчезновением твоего артефактора, то я тебя разочарую. Видят боги, я не убивал его и не знаю где он. В этом я могу поклясться.
Базиль, набычившись, жадно ловил каждое мое слово.
— Если его не прикончила старая волчица, а потом где-то прикопала от греха, — хмыкнул я, — То вполне вероятно, что ваш Ульф просто сбежал, когда почувствовал, что запахло жареным. Ведь именно так поступают все характерники, верно? Поджимают хвосты и забиваются в дальние норы.
На скулах Барсука перекатывались желваки, а в глазах застыла злость.
— Хочу тебе признаться, старик, — покачал головой я. — Когда-то очень давно я поступал так же, как вы. Но сейчас не тот случай. Ваш недавний конфликт с ковеном Мадлен тому доказательство. Одна темная, не особо напрягаясь, столкнула вас лбами, отчего вы чуть было не перебили друг друга. А потом, все-таки договорившись, не придумали ничего лучшего, как обвинить во всем меня.
— Ты перешел им дорогу, а пострадали мы, — огрызнулся Барсук.
— Значит, следуя твоей логике, хримтурсам безнаказанно позволено хватать истинных и первородных, а потом приносить их в жертву своему божку? — удивился я.
— До твоего появления они сидели у себя на севере и не совались к нам, — возразил Барсук.
— Старик, ты только что назвал меня наивным, но сам, похоже, не видишь главного. Пока вы все занимались своими делами и закрывали глаза на делишки темных, те в свою очередь приступили к захвату мира. Их жрецы собрали вокруг себя одаренных фанатиков и создали из них могущественные организации, которые начали влиять на политику всех стран материка. А ведь в первую очередь вы, являясь прямыми потомками древних колдунов, заточивших главного демона в Бездне, должны были следить за тем, чтобы древний враг не восстал из пепла.
Барсук, сжав зубы, покачал головой.
— Самоуверенный молокосос, — процедил он. — Ты так уверенно говоришь о нашем бездействии, но не знаешь и половины того, что нам пришлось потерять. Думаешь, ты единственный, кто за последние триста лет пытался противостоять темным?
Я весь напрягся. Наконец-то, получилось задеть старика за живое.
— Так расскажи мне, — сделал я короткий шаг вперед. — Расскажи все, что знаешь, старик.
Барсук скривил губы и покачал головой.
— Нет, лис. Ты не втянешь нас в свою войну. Больше ни один характерник не погибнет, сражаясь за этот мир, которому плевать на наши жертвы.
Сказав это, он развернулся и, не прощаясь, попытался уйти.
— Постой, старик, — окликнул его я. — Окажи мне последнюю услугу, а в обмен я поклянусь, что больше никогда не побеспокою ни тебя, ни твоих братьев.
Базиль, сделав шаг, замер на мгновение. Несколько секунд он стоял молча, обдумывая мои слова, но потом повернулся ко мне.
— Чего хочешь?
— Взгляни на это, — произнес я, показывая свой блокнот, где на отдельную страницу мной было скопировано несколько символов из древних свитков. — Тебе знаком этот язык?
Барсук, не дотрагиваясь до моего блокнота, бросил взгляд на мои записи и глухо произнес:
— Мертвый язык из мертвого храма. Многие мои братья сломали себе головы, пытаясь подобрать ключ к мертвому алфавиту. Одним из них был старый герцог де Клермон. В его норе ты сейчас живешь. Насколько мне известно, ему так и не удалось приблизиться к разгадке этой тайны.
Мое сердце забилось сильнее.
— Нет, лис… — покачал головой Базиль, заметив мою реакцию. — Я не смогу прочитать эти письмена.
Я тяжело вздохнул и, закрыв блокнот, засунул его во внутренний карман куртки. Вернее, попытался это сделать. Движение получилось неуклюжим и блокнот, скользнув мимо кармана, упал на землю.
Наклонившись за упавшим предметом, я услышал приглушенный возглас. Подняв взгляд на Базиля, я увидел, как он, склонив голову набок, прищурившись разглядывает блокнот. В его глазах я заметил удивление.
Быстро проследив за его взглядом, я посмотрел на блокнот, который после падения раскрылся на той самой странице, где я сделал зарисовку кровавых символов на чердаке каретной мастерской Гондервиля.
— Значит, ты не только темным дорожку перешел, — хмыкнул Базиль.
— Тебе знакомы эти символы? — спросил я.
— Магия крови, — уверенно произнес Барсук и указал пальцем на два символа: — Эта, справа похожа на руну Единения, а эта — руна Формы. Эти записи ты тоже нашел в древнем храме?
