- Иная жажда, великий государь. Жажда знаний. - Орадо позволил себе улыбнуться. Если уж ему приходится врать, то делать это надобно так, чтобы даже у него появилось желание поверить в эту ложь. - Она привела меня когда-то к руинам затерянного в горах города ученых и она же влечет меня в пески Стигии. Признаюсь, меня привело к той гробнице намерение прикоснуться к камням древней усыпальницы. Но если в том моя вина, что я ступил на запретные земли ради праздного любопытства, или в поисках уединения и осмысления своей собственной жизни, то я готов принять заслуженное наказание.
- Ты дал ответ, - прошептал Амен-Каури. - Ответ, который, сдается мне, очень редко можно услышать от воина. Но не от ученого, или философа. Мы и сами были когда-то такими как ты. Стремились постичь непостижимое, искали встреч с тенями прошлого и призраками грядущего. Чего бы это нам ни стоило. Но, как известно, во тьме вопросов находится только один правильный ответ. И все мы, рано или поздно, приходим к мысли, что даже самому просвещенному человеку не дано сравниться по мудрости с ничтожнейшим из богов.
- Я вовсе не стремлюсь уподобиться богам.
- Не верь ему, отец! - нетерпеливо произнесла Аки-Ваша. - Я знаю, что он хотел воскресить старого жреца, чтобы выведать у него такие тайны, которые не должны знать живые. Я видела мерзопакостный знак, что этот человек нарисовал на полу, возле саркофага...
- Ну? Что скажешь? - Амен-Каури легонько ткнул Орадо в грудь золотым посохом. - О каком знаке говорит Царственная Тень?
Молодой человек не ответил. Лишь развел рукам и покачал головой. Стоит ему хоть как-то подтвердить слова Аки-Ваши и старый монарх, прикажет его казнить уже сегодняшним вечером. Положение казалось совсем безнадежным, однако девушка, почувствовав близость победы, возликовала.
- Он - чернокнижник и некромант, я уже говорила! Я ведь узнала его. И ты, отец, тоже знаешь, что это за человек!
- Да, мы уже говорили, что слышали об Орадо Кастольском, - Амен-Каури задумчиво посмотрел на ахеронца. - Слышали о его чудачествах и упрямстве... Но никто никогда не слышал об Орадо - воскрешающем! Хотя это не отменяет того факта, что глупец выдал черным колдунам храри местонахождение библиотеки затерянного города, в котором хранились знания полузабытых королевств. Теперь жрецы пернатого змея творят свои обряды при помощи могущественных заклинаний колдунов прошлых эпох.
- За это светлые боги прокляли меня, - прошептал Орадо. - Заклеймили, как прокаженного знаком полумесяца.
- Твоя лживость сравнима с твоей же жесткостью! - скривив губы в усмешке, произнесла Аки-Ваша.
- Ну что ж... Во всякой лжи, подозреваю, ее высочество разбирается лучше меня, - ответил Орадо. - Да, мне приходилось лгать. Кому из нас не приходилось? Но в этом зале, стоя на коленях перед великим судьей, я полагаю, что вправе рассчитывать на более снисходительное отношение ко мне со стороны той, которая обязана мне своей жизнью.
- Ты убил всех моих рабов, чужестранец! Ты отрицаешь это, но мы оба знаем...
Девушка не договорила, поскольку ахеронец приподнялся с колен и посмотрел ей в глаза.
- Мы оба знаем..., - спокойным тоном произнес он, - Мы оба знаем, что их убило что-то другое. С позволения вашего папеньки я позволю себе сказать несколько слов в свое оправдание. Я не убивал ваших рабов. Я даже не имел возможности убить их, поскольку не располагал на то временем.
- Ты слышишь, отец? Он увертлив как змея!
- Замолчи, испорченная девчонка. Повелеваем тебе священным именем Воскрешенного! Замолчи! Если бы мы не знали о тех подлостях, на которые ты способна, то приказали бы этому черномазому пригвоздить святотатца к полу прямо здесь и сейчас. Но ты - царская дочь. Плоть от плоти нашей. Горе Змеиному Трону, если Тень его искажают пагубные страсти! Его слова - вода, но твои слова подобны яду, стекающему с твоих же губ. Чему мне верить, если на улицах Луксора тебя называют девой разврата, постигшей все тайны наслаждений? Тот щенок, Тутхамон, даже не скрывает, что вовлекал тебя в свои мерзкие игрища! Он обесчестил тебя в каком-то богомерзком храме, на одном из тех алтарей, на которых приносят кровавые жертвы звероликим богам! Тебя, незапятнанную грехом соития деву, на которой с рождения лежало обязательство замуж за царя лесных городов Пондава! О, боги! С самого твоего рождения я молил за тебя небеса. И что же сейчас?! Я с нетерпением жду того дня, когда тот потомок обезьяны увезет тебя прочь от моих глаз!
По щеке Аки-Ваши пробежала слеза.
- Это бесчестие для меня, отец. Вы не верите мне...
- Ладно, ладно, - прервал ее Амен-Каури. - Утри свои слезы. Не годится нам видеть их на твоих щеках. Но хорошим бы мы были государем, если бы верили своим подданным на слово? Верить тебе, или не верить - вопрос завтрашнего дня.
Он махнул рукой, опустился на одну из ступеней лестницы, что вела к трону.
- Ты, чужеземец, сказал, что Царственная Тень обязана тебе жизнью. Подтверждаешь ли ты свои слова именами богов, которым поклоняешься?
