Предпоследняя правда полностью

К ужасу и отвращению Николаса, из динамика поврежденного лиди тут же раздались звуки записи его разговора с людьми внизу. Изо рта лиди доносились чуть писклявые, отдаленные, но отчетливо слышимые слова, словно бы лиди превратился в него самого, в отвратительную пародию.

– Эй, президент Сент-Джеймс! Вы наверху?

А затем его собственный голос, как ему показалось – чуть ускоренный, отвечающий:

– Я наверху.

– Рассказывайте же; поговорите с нами, как оно там?

– Прежде всего, небо серое…

Он вынужден был стоять здесь, с этой парой лиди, и выслушать все еще раз сначала и до конца; и все это время он спрашивал у себя, снова и снова: что происходит?

В конце концов прослушивание разговора завершилось; двое лиди посовещались.

– Он не сообщил им ничего ценного, – постановил незадетый лиди.

– Я согласен, – кивнул подстреленный. – Спроси у него снова, собираются ли они выходить еще. – Обе металлические головы повернулись к Николасу; они смотрели на него крайне внимательно. – Мистер Сент-Джеймс, последует ли кто-либо за вами сейчас или позже?

– Нет, – ответил он хрипло.

– Полиграф, – сказал подстреленный, – подтверждает его заявление. Тогда еще раз, мистер Сент-Джеймс, относительно цели вашего визита посредством туннеля на поверхность. Я почтительно настаиваю, сэр, чтобы вы сообщили нам; вы должны сказать, почему вы здесь.

– Нет, – сказал он.

Поврежденный лиди обратился к своему компаньону.

– Свяжись с мистером Лантано и попроси уточнить, следует ли нам убить мистера Сент-Джеймса или передать его в организацию Рансибла или психиатрам в Берлин. Твой передатчик исправен; мой же был уничтожен оружием мистера Сент-Джеймса.

После некоторой паузы неповрежденный лиди сказал:

– Мистера Лантано в настоящий момент нет на вилле; домашние служащие и дворовые работники утверждают, что он в Агентстве, в Нью-Йорке.

– Могут ли они связаться с ним там?

Лиди замолчали. Затем наконец неповрежденный лиди сказал:

– Они связались с Агентством по видеосвязи. Мистер Лантано был там и работал на компьютере, однако он уже отбыл, и никто в Агентстве не может сказать куда, а также когда он появится вновь; он не оставил им никакого сообщения на этот счет. – Он добавил: – Нам придется принимать решение самостоятельно.

– Я выражаю несогласие, – сказал поврежденный. – В отсутствие мистера Лантано нам следует связаться с ближайшим Янси-мэном и полагаться на его суждение, а не на собственное. При помощи видеосвязи на вилле мы можем попытаться связаться с мистером Артуром Б. Таубером в его поместье к востоку. Или если не с ним, то с кем угодно в нью-йоркском Агентстве; я хочу подчеркнуть, что мистер Сент-Джеймс никому внизу не рассказал об условиях на поверхности, таким образом, его смерть будет воспринята ими как вполне обычная и оправданная гибель на войне. Их это устроит.

– Твое последнее замечание очень верное, – сказал его компаньон. – Поэтому я считаю, что нам следует убить его и не беспокоить Янси-мэна мистера Артура Б. Таубера, который в любом случае наверняка сейчас в Агентстве, и к тому времени, когда мы…

– Я согласен. – Поврежденный лиди выдвинул из корпуса некий трубчатый аппарат, и Николас понял, что это и станет орудием смерти, каковая сейчас без долгих споров с ним и случится: диалог между двумя лиди – и он никак не мог отделаться от мысли мы сделали их сами, внизу, в наших мастерских; это творения наших рук – этот диалог завершился, и решение было принято.

– Подождите, – сказал он.

Двое лиди, словно в силу формальной, воспитанной вежливости, ждали; пока еще не убивали его.

– Скажите мне, – сказал он, – почему, если вы ЗапДемовские, а не НарБлоковские, и я ведь знаю, что вы ЗапДем; я вижу надписи на вас обоих – зачем вам убивать меня? – Взывая к ним, к этому необыкновенно чувствительному и рациональному нейронному оборудованию, к высокоорганизованным мозговым способностям каждого – они были тип шесть, – он сказал: – Я поднялся наверх для того, чтобы достать искусственную поджелудочную железу, чтобы мы могли выполнить нашу квоту, план по выпуску военной продукции. Артифорг, понимаете? Для нашего главного механика. Для оборонной промышленности. – Но, подумал он, я не вижу никаких признаков войны. Я вижу свидетельства того, что война была, но прошла… он видел руины, но те были недвижны; картина разрушений несла отпечаток прошедших лет, а вдалеке он и в самом деле видел деревья. И те выглядели молодыми и здоровыми. Так вот в чем дело, подумал он. Война закончена. Одна из сторон победила или как-то иначе, но бои завершились, и теперь эти лиди не принадлежат ЗапДему и не являются частью армии правительства, а являются собственностью человека, чье имя отпечатано на них, этого Дэвида Лантано. И это от него они получают приказы – когда им удается его найти. Но именно сейчас его нет поблизости, чтобы я мог апеллировать к нему. И поэтому мне придется умереть.