– Я бы дал больше, но раз вы настаиваете на этой сумме, извольте, – он протянул ей 100 евро и поцеловал её в щеку, укладывая пакеты в багажник машины.
– Ты, правда, не сердишься и тебе всё нравиться? – спросила она, садясь в машину.
– Я очень доволен и новым образом и одеждой, как ребёнок, получивший долгожданную игрушку. Я сам себе нравлюсь и теперь не понимаю, почему меня раньше ни кто к этому не подтолкнул. А может, и были предложения, но не такие хитрые как твои.
– У меня к тебе будет небольшая просьба. Мне нужно купить для племянников конфет, мальчишки любят сладкое. Отвези меня туда, где выбор большой и качество хорошее. Ты понял, о чём я? Обычные конфеты мне не нужны, они должны быть подарочными, с сюрпризом, но вкусные. Деньги у меня есть.
Они вернулись к ужину, когда не только Дарья Андреевна, но и все остальные начали волноваться. Оставив Адама с пакетами за дверью, Даша вошла в гостиную первой.
– Простите меня, я познакомилась с молодым человеком и пригласила его на ужин. Ни у кого не будет возражений? Входи!
Ни все сразу узнали в молодом человеке Адама. Нынешний образ слишком отличался от прежнего образа, привычного, но понравился всем. Даже отец, всегда такой серьёзный, заулыбался и зааплодировал.
– Извините, задержались. Он у вас такой капризный, но я свои 100 евро отработала на совесть. Сдать бы его старый гардероб в музей, да не возьмут.
Настроение за столом было у всех приподнятым, каждый едок был по своему рад такому «прощальному ужину». Настроение ещё придавал всем новый образ Адама. Мари и Алекс, которые уезжали с рассветом, ушли первыми. Генрих и Хельмут уединились в кабинете, Кэт с подругой и Адамом пили чай, а Дашу пригласила к себе Эльза. Эльза, усадив Дашу в кресло, начала без предисловий.
– Ты, Даша, знаешь, что у меня нет детей. Приёмных детей Генриха я плохо ли, хорошо ли, воспитала. Внуков вижу очень редко. Ты у меня одна родная внучка. Я хочу помочь материально, поучаствовать в твоей жизни. Ты мой возраст знаешь, может так случиться, что помощь моя будет не столь и долгой, но я буду спокойна, если ты примешь мое предложение. Открой в своём банке счёт и пришли мне его. У меня есть свои сбережения, я ведь работала всё это время, да и пенсия у меня хорошая. Не возражай! – видя, как Даша напряглась, сказала Эльза. – В своё время брат спасал нас от голода и холода, и я хочу, в память о нём, сделать это. Ты лучше меня знаешь, что мы не увидимся больше на этом свете, сделай так, как я прошу, не отказывай. Это тебе для открытия счёта, – она протянула Даше тысячу евро.
– Спасибо, бабушка, – сказала Даша. Мы с мужем хорошо зарабатываем, и у нас нет проблем с деньгами. Если для Вас это так важно, я сделаю то, о чём Вы просите. Но общаться с Вами мы можем и без денег, через скайп, электронную почту. Я оставила свой адрес Адаму.
– Ты назвала меня бабушкой, мне очень приятно, а деньги, просто повод поддерживать с тобой связь. Получишь – позвонишь.
Даша обняла пожилую женщину, готовую заплакать.
– Давайте договоримся, я буду звонить Вам каждое 1 и 15 число месяца, пока не родится малыш, потом времени у меня станет меньше. А ещё, я хотела бы Вам посоветовать, поехать к морю, отдохнуть и начинать жить для себя. Хватит Вам опекать взрослых мужчин, и попробовать найти своего друга. Или он у Вас есть?
Обе засмеялись. Так обо всём они проговорили еще минут двадцать. Когда Даша увидела, что бабушка успокоилась, пожелала ей спокойной ночи и направилась к себе.
Рано утром, проводив Алекса и Мари, мать и дочь стали и сами собираться в дорогу. Сумка и чемодан были упакованы заранее. Вчерашняя экскурсия закончилась в супермаркете, где Дарья Андреевна купила разных заграничных конфет и сладостей. После раннего завтрака, вся семья Штоль, за исключением Клеменса, и Эмма вышли их проводить.
– Спасибо всем. Будьте здоровы, живите долго и счастливо, – говорила Дарья Андреевна, обнимая обретённых родственников и целуя в щёку. – Спасибо за вкусные обеды, – сказала она Эмме.
– Возьмите, это вам в дорогу. Термос с кофе Адам отнёс в машину. Счастливо, – ответила та, протягивая пакет.
Даша была не столь сентиментальна и просто пожала всем руку, поцеловав только Эльзу, и шепнув ей: «ждите 15 числа». Адам, погрузивший их багаж, усадил двух Даш, выехал со двора и взяв курс на железнодорожный вокзал. Он внёс багаж в вагон, и теперь они стояли на перроне. Адам просил Дашу звонить хотя бы изредка или писать на почту. Он еще раз извинился перед кузиной за всех. Неожиданно они увидели Клеменса с букетом, который шёл по перрону в их сторону. Вид у него был виноватый.
– Простите мне мое невежество и высокомерие, – глядя на Дарью Андреевну, говорил он. – Попроси тогда я у Вас помощи, всё могло быть иначе. Я сам всё испортил. – Он протянул ей цветы. – Простите.
– Спасибо, что пришёл проститься. Я не держу на тебя зла. Твоя грубость от твоего равнодушия ко всем, перестань любить только себя. У тебя всё получится.
