Со стороны руин донеслись звуки беспорядочной стрельбы, быстро утонувшие в грохоте взрывов, и Куохтли торопливо схватился за кнопку управления оптической системой операторского шлема, приближая картинку. Бой шёл точно в том месте, где располагался вход в бункер с передатчиком Легированных. Десантники Сияющих одним выстрелом какого-то маленького оружия, укреплённого на запястье, сносили пару кубометров бетона вместе с тяжёлым экзоскелетом укрывшегося за ним пехотинца. Сопротивление пехоты Стального дивизиона было подавлено за какие-то секунды, потом Сияющие разделились. Часть из них организовала оцепление вокруг входа в бункер, часть перешла в режим полётов и приступила к патрулированию руин с воздуха, ещё несколько фигур зависли в небе между теми и другими. Куохтли сфокусировал на них оптическую систему и похолодел.
– Валькирии! – выдохнул он, невольно отползая глубже под куст. – Они расправили крылья! Сейчас проклянут всех нас! Или промоют мозги, и мы бросимся грызть друг другу глотки!
– Тебе-то не всё равно? Ты же у нас и так проклят с головы до ног! – усмехнулась Чикахуа. – Одним проклятием больше, одним меньше – какая разница?
– Лучше меньше, чем больше, – уклончиво ответил Куохтли. Он, конечно, безумно влюблён в Чикахуа, но свой ореол проклятого лучше не разрушать. Ей на него наплевать, и если она где-нибудь мимоходом или по пьяни раскроет его секрет, то «Могилу» у него сразу же отберут. – Я умирать раньше времени не хочу!
– Валькирии не насылают проклятий. – Чикахуа разглядывала зависшую в воздухе четвёрку точеных крылатых женских силуэтов. – Это суеверия дремучих батраков с захолустных тростниковых ферм. – Её тон содержал прозрачный намёк, но сама она на него даже не посмотрела. – Какие они красивые…
– Что?.. – оторопело переспросил Куохтли, невольно переводя на неё взгляд. – Кто?
– Валькирии, – вздохнула Чикахуа, не отрываясь от наблюдения. – Они прекрасны. Белые и чистые, словно свежий снег… Такое благородство форм и пропорций больше нигде не увидишь… А какие у них глаза… Цвета звезды на небосклоне… и сияют так же! – Она с грустью вздохнула: – Я хочу такие же… мечта всей жизни.
– Можно провести лазерную коррекцию, – осторожно ответил Куохтли, глядя на лежащую рядом красотку. – Пигмент радужной оболочки глаза сжигают лазером, и цвет глаз становится светлым. Это вроде не опасно… и не дорого…
– Это не дешёво и совсем не безопасно, – по губам Чикахуа скользнула ироническая ухмылка. – После такой операции в глазах начинают забиваться какие-то там каналы, и зрение со временем портится необратимо. Всё закончится искусственными глазами. Зато они могут быть любого цвета, – она вновь издала циничный смешок. – Но мне мои родные как-то ближе. Да и к тому же лазерная коррекция делает из тёмных глаз синие. Цвета звезды они не станут. И сиять не будут. Тогда уж действительно проще поставить глазные импланты с внутренней подсветкой. Только всё это будет не то. Подобие всегда выглядит жалко рядом с оригиналом…
Она умолкла, разглядывая Валькирий, и Куохтли украдкой смотрел на соблазнительные изгибы её фигуры, подчеркиваемые утягивающей униформой и находящиеся от него на расстоянии дыхания. Чикахуа снова печально вздохнула, и он заставил себя оторвать взгляд от её манящего тела и продолжил наблюдать за Сияющими. Те, похоже, уже взяли бункер и теперь выносили из него что-то важное. Куохтли увидел, как один из десантников несёт какой-то неизвестный предмет, а у его идущего следом соратника на руках лежит тело представителя Красной расы. В сравнении с громадным Сияющим тот был настолько мал, что казалось, будто десантник Сияющих несёт ребёнка, одетого в военную форму. Куохтли поспешил приблизить картинку на максимум и начал делать снимки. Без основного оборудования боевого робота оптическая система операторского шлема не имела возможности вести видеозапись, но фотоснимки всё равно лучше, чем ничего. Судя по тихому стрекоту, Чикахуа тоже фотографировала происходящее.
В режиме максимального увеличения было видно, что десантник Сияющих вынес из бункера кого-то из Легированных. Пленный был без сознания, и пятиметровый гигант уложил его на расколотый бетонный блок, попутно отогнув рукой пару неудобно выступающих из разбитой поверхности порванных стержней стальной арматуры. Он коротко кивнул Валькириям, и одна из них лёгким движением спустилась на землю. Свечение её брони погасло, переливающиеся потоками энергий крылья, наоборот, вспыхнули ярче. Уложенные в толстенный двухметровый поток снежно-белые волосы Валькирии неожиданно распустились, окутывая её подобно платью, воительница Сияющих протянула ладони над телом пленного и замерла.
– Она что, голая? – Куохтли всматривался в неподвижный женский силуэт, мысленно ругая оптическую систему за недостаточную кратность увеличения.
