Мне пришлось заставить себя отвести взгляд от двери ванной, как только она оказалась за ней. Я не знал, должен ли я продолжать то, что планировал, или лучше отступить, потому что угроза, которую она озвучила, заставляет меня колебаться, задаваясь вопросом, стоит ли рисковать. У меня уже разбито лицо и сломан мизинец этой девицей. Или другой. Или кто бы она там ни была!
Делаю очевидный выбор и продолжаю свое предприятие. Как только тяну руку, чтобы развязать другую, из ванной доносится громкий крик, сопровождаемый звуком бьющегося стекла.
Я смотрю на дверь, ожидая, кто же выйдет.
Дверь распахивается, и выходит Агония:
— Я приготовлю ужин! Надеюсь, ты чертовски голоден!
По ее рукам течет кровь. Я не знаю, что делать. Я имею в виду, что лучшее что я могу сделать это просто остаться лежать. Но все равно вскакиваю и, черт возьми, молюсь, чтобы этот прыжок не отправил меня в могилу.
— Агония? Ты в порядке? — спрашиваю я осторожно, потому что не понимаю с кем говорю. Как только она оборачивается, я жалею, что вообще открыл рот. Она цинично смеется.
Агония подходит ко мне и обхватывает мое лицо руками:
— Я хорошо выгляжу, Монте? А? Я, твою мать, хорошо выгляжу?! — Ее голос спокоен, в отличие от войны, бушующей в ее глазах. Я просто смотрю на нее широко раскрытыми от страха глазами.
— Ты черт возьми, красивый мужик! Я понимаю, почему ты нравишься Агонии. — Прежде чем успеваю остановить ее, она прижимает свои губы к моим. Я делаю все возможное, чтобы отстраниться, но она сжимает мое лицо своими окровавленными руками, чтобы удержать меня на месте. Хватает мой сломанный мизинец и сгибает его, заставляя меня кричать от боли.
— Мне нравится, когда ты кричишь. Это действительно меня возбуждает. — Она втягивает мою губу в рот и прикусывает. Я чувствую, как кожа разрывается между ее зубами. Голова кружится от боли, и как раз в тот момент, когда я думаю, что она не может сделать хуже, она снова ударяет меня головой. В то же самое место.
Перед глазами все плывет из-за боли. Чувствую щелчок, мой безымянный палец. Я не могу дышать.
— Это слишком весело. Возможно, я никогда не отпущу тебя. Ты можешь стать моей личной маленькой игрушкой, — говорит Агония, отстраняясь.
— Ты чертова сука, — шепчу я, позволяя боли поглотить меня.
Глава 13
Глядя, как Монте корчится от моего гнева, я чувствовала себя так хорошо. Думала, что смотреть, как страдает отец Агонии, было волнующе. Однако, сегодняшнее зрелище было еще прекраснее! Наблюдая за его лицом, когда боль пронизывала его насквозь, я чертовски возбудилась!
Я хотела сорвать с него одежду и трахнуть прямо здесь, создавая новые красивые отметины на его драгоценной коже. Она такая нежная под моей силой. Но он отключился прежде, чем я смогла продолжить поцелуй.
Поэтому, вместо того чтобы поиметь его, я взяла дело в свои руки и закончила то, что начала. Агония никогда не коснется себя, в отличие от меня. Она говорит, что это не для нее, что мужчина должен заставить ее получить удовольствие. Очевидно, она хотела трахнуть себя раньше, когда ласкала пальцем Монте, пока он спал.
Ну что ж, если она не хочет развлекаться со своим телом, то это сделаю я!
Агония
Я просыпаюсь на диване, голова раскалывается, рука в штанах. Я вытаскиваю ее и съеживаюсь. Обе мои руки в крови и царапинах.
Какого хрена?!
Как только сажусь, воспоминания о том, что она сделала, возвращаются ко мне. Я бегу в свою комнату, больше не беспокоясь о своих руках.
Врываюсь в дверь и падаю на колени. Ошеломлённая, смотрю, как выглядит Монте. Его лицо покрыто кровью, на лице видны новые раны. На нижней губе отпечатались следы зубов. Глаза опухли и покрылись синяками.
Боже, что она с ним сделала?
Я медленно встаю и подхожу к нему, чтобы рассмотреть поближе, но мне приходится отвернуться, когда я вижу его руку, которая теперь снова связана.
Она сломала Монте еще один палец, и кость торчит наружу. Его рука совпадает цветом с лицом в синяках.
— Клянусь, я спасу тебя, Монте, — шепчу я.
Монте открывает глаза и слегка приподнимает голову. Увидев меня, он начинает отчаянно трясти головой.
— Нет, пожалуйста, не надо! — умоляет он.
Слезы наполняют глаза, и гнев пронзает меня. Монте боится меня, и все из-за нее!
— О, Монте. Я... О Боже! Мне очень жаль. Мне очень, очень жаль. — Слезы текут теперь свободно, и я не собираюсь их останавливать. Она причинила ему боль из-за меня. Она причинила ему боль, потому что я не выпустила ее!
— Пожалуйста, оставь меня в покое. Я больше не могу терпеть. — Его голос срывается.
Я киваю.
— Пойду приготовлю завтрак. — Поворачиваюсь и ухожу. Я должна найти способ выкинуть ее из своей головы. Хотя я все перепробовала.
