Она зашла в лифт и нажала на кнопку верхней палубы. Анна стояла, придерживая на плече ремешок сумочки, и наблюдала, как цифры на экране монотонно сменяют одна другую.
С трудом протиснувшись через тяжелую дверь, Анна вышла на безлюдную палубу. Стремительно подошла к перилам, не замечая колючего дождя и ветра. Достала из сумочки почти пустую бутылку с перекисью водорода и аммиаком и слегка встряхнула ее. Молочно-белая смесь ярко блеснула на фоне пасмурного пейзажа. Анна размахнулась и со всей силы швырнула улику за борт. Бутылка тихо качнулась на воде и тут же исчезла в пенном следе стремительно движущегося корабля.
Во время обеда Анна решила уступить чувству голода и съела небольшую тарелку супа. Она машинально подносила ко рту ложку за ложкой, не замечая вкуса. Девушка не придавала еде особого значения, но иногда приходилось идти на уступки своему организму, чтобы набраться сил. Головокружение было не единственным симптомом: порой перед глазами мелькали яркие всполохи зеленого и голубого и невыносимо болела голова. Разноцветные вспышки Анну даже забавляли; нравилось думать, что, если однажды посчастливится увидеть северное сияние, примерно так оно и будет выглядеть.
Анна отодвинула нетронутую булочку и маленькими глотками выпила из чашки простую воду. Услышав шум в дверях, подняла глаза, а увидев, что в ресторан заходят рыбаки во главе с Томми Эллисом, слегка расправила плечи. В ресторане, кроме Анны, никого не было. Томми подошел к ее столику и дружески поздоровался.
Анна откинулась на спинку стула и скрестила ноги.
– Быстро вы вернулись, – заметила она.
– Пришлось развернуться. Вы были на палубе? Погода сегодня нелетная, – ответил Томми, выдвинул себе стул и без приглашения сел.
– Выпьем, приятель? – спросил его один из друзей-рыбаков, сидевший за соседним столом.
– Пинту, пожалуйста, – сказал Томми и взглянул на чашку воды на столе. – А вам, Анна?
Девушка сделала вид, что размышляет.
– Джин-тоник, спасибо, – наконец ответила она.
Томми снял пиджак и повесил на спинку стула.
– Как сходили в салон? – спросил он и, не дожидаясь ответа, протянул руку к ее лицу.
Анна затаила дыхание, ожидая, что Томми коснется волос, но его пальцы застыли буквально в миллиметре от нее.
– Вам идет, – отметил он.
В голосе Томми не осталось ни следа грубости. Анна никогда бы не подумала, что он может звучать так мягко и бархатно.
– Хорошо, спасибо. Только у Полы возникла проблема.
Томми подали пинту, и тяжелая рука подтолкнула к Анне джин-тоник. Она, почти не глядя на официанта, пробормотала слова благодарности.
– Что за проблема? – спросил Томми и сделал большой глоток.
– Они использовали не то средство. Точно не знаю, но, возможно, это была краска. – Девушка пожала плечами – и просторный джемпер как бы ненароком соскользнул с острого загорелого плеча.
– В чем тогда проблема? – спросил Томми, переводя взгляд на открытый участок кожи. – Наверняка выглядит нормально.
– Не знаю. – Анна опустила глаза. – Пола выбежала из салона, и с тех пор я ее не видела.
Томми заметно расстроился, и Анна поняла, что внушила ему нужную мысль: Пола закатила истерику и теперь неизвестно где прячется и дуется.
– Мне жаль, – сказал Томми.
Извиняется за поведение жены. Любопытно. Анна улыбнулась ему:
– Но вы ведь ни в чем не виноваты!
Он провел большой рукой по коротко стриженным волосам.
– Да, но порой она бывает немного… – Томми беспомощно умолк.
Анна подумывала накрыть руку мужчины своей в знак сочувствия. Дать Томми понять, не высказывая этого прямо, что сама она никогда бы так себя не повела.
«Нет, – решительно отвергла Анна этот план. – Еще не время».
Томми без особого энтузиазма отодвинул стул.
– Мне нужно ее найти, – сказал он, но так и остался стоять.
Анна сделала большой глоток джина-тоника.
– Думаю, она хочет побыть одна… Наверное, попробует привести волосы в порядок. – Анна наклонилась вперед, демонстрируя Томми глубокое декольте без бюстгальтера. – Может быть, лучше подождать пару часов, а потом написать ей и позвать на ужин? Почему бы нам снова не поесть вместе? – И, не дожидаясь ответа, Анна обратилась к мужчинам за столом рядом: – А пока можете попотчевать меня историями о своих утренних приключениях.
Ветер свирепствовал все сильнее. Когда он превратился едва ли не в настоящий шторм, Пола наконец оторвалась от перил и поплелась обратно в тепло. Она успела продрогнуть до мозга костей. Зайдя в лифт, Пола подняла руки перед собой и попыталась сжать пальцы – костяшки тут же пронзила острая боль. Пола рассмотрела руки поближе и ахнула: кожа сморщилась. Со сдавленным всхлипом она засунула руки в карманы.
Когда дверь лифта открылась, Пола в замешательстве огляделась по сторонам, пытаясь понять, отчего вокруг так шумно. Оказалось, она приехала к бару и обеденной зоне. Желудок Полы шумно заурчал, напоминая, что она пропустила и завтрак, и ранний обед, который хотела устроить себе после похода в салон.
