Этот роман длился шесть лет с перерывами. Они продолжали встречаться и в Европе, зачастую на Лазурном берегу на борту «Альвы», великолепного прогулочного судна. Кстати, такую же яхту Каролина получила потом в подарок от Вандербильта, который, однако, не произвел на нее такого впечатления, как колье императрицы Евгении, потому что, по ее словам, она «плохо переносила морские прогулки». Но другие источники отмечают, что в то время Белла была подвержена губительной страсти к игре и едва не продала яхту, чтобы играть на вырученные деньги в рулетку. Узнав об этом, Вандербильт благородно выкупил у нее судно по цене ее долгов, а потом пригласил совершить небольшое путешествие по Средиземному морю.
Любопытно отметить, что с момента знакомства Беллы с Вандербильтом их встречи почти не проходили на
Утверждают, что Каролина Отеро никогда окончательно не порывала с Вильямом Вандербильтом. Они долгие годы продолжали видеться как на Лазурном берегу, так и в Париже. Их встречи не прекратились даже после того, как Белла побывала любовницей нескольких коронованных особ, а Вильям имел связь с другими куртизанками, например с Лиан де Пужи, вечной соперницей Отеро.
Контракт Каролины с нью-йоркским «Эден мюзе» заканчивался 1 февраля 1891 года, но Джургенс продлил его на два месяца, чтобы быть рядом с ней хотя бы в перерывах между представлениями. Как уже было сказано, они заключили устный договор, обязывающий его заниматься организацией выступлений Каролины в Европе. Однако долги заставляли его задержаться еще на месяц в Нью-Йорке, и он решил устроить Белле пышные проводы в «Эден мюзе». Все билеты в театр были распроданы, а в программу включили выступления приглашенных артистов, служивших всего лишь фоном для Отеро. Вот несколько сообщений, посвященных этому событию.
«Отеро осыпали цветами, – писала газета «Телеграф», – многие прослезились, когда очаровательная испанка, называемая некоторыми графиней, стала благодарить, посылая воздушные поцелуи публике и крича по-испански «adios, amigos». Мы ответили: «Прощайте, сеньорита», а потом добавили: «До завтра!»
Через много лет Каролина вспоминала, как она провела последнюю неделю в Соединенных Штатах на борту яхты Вандербильта.
«Там не было никого, кроме нас двоих и экипажа. Хотя, по правде говоря, его численность достигала почти сотни человек, включая музыкантов оркестра. На прощание Вилли подарил мне чудесный кулон из бриллиантов и пообещал приехать в Париж навестить меня».
По возвращении Каролины в Европу Джургенс продолжал заниматься по телеграфу ее контрактами, пытаясь в то же время восполнить свои недостачи в кассе «Эден мюзе» до того, как ее заметят хозяева. Это не удалось. Разразился скандал. Но в то время Белла была уже далеко, она проводила лето близ Парижа, где хореограф – все тот же маэстро Беллини – готовил актрису к осенним выступлениям в Лондоне. Расходы Каролины, следует думать, оплачивались из кармана ее импресарио.
Через несколько месяцев после отъезда Каролины Джургенс, обвиненный в растрате, был вынужден покинуть США, он встретился с Каролиной в Лондоне и сопровождал ее во время гастролей. Она выступала в Париже, Брюсселе, Амстердаме и Берлине; но успех был довольно посредственный; и лишь после гастролей в Санкт-Петербурге в 1892 году ее имя приобрело мировую известность» Все это время Джургенс находился рядом, снося новые измены и наблюдая новые романы, столь же громкие, как и в Нью-Йорке. Однако некоторые события, произошедшие в этом 1892 году (о них я расскажу несколько позже), заставили его наконец оставить свою «малышку» и исчезнуть.
