Его пристальный взгляд путешествует вдоль моего «форда», оценивая его, как я предполагаю, знающим взглядом. Не ожидая моего ответа. Он вытаскивает свой бумажник из заднего кармана и начинает выписывать чек. Я смотрю на сумму, которую он согласен заплатить, и у меня пересыхает во рту.
Святая корова.
Это слишком много.
Мой «форд» не стоит столько.
— Это должно покрыть твой ремонт, хотя мой тебе совет — купи новую машину.
Мой взгляд скачет от совершенно белого листа бумаги к его самодовольному выражению лица, а затем опять к чеку. Я думала, что была зла до этого, но это — ничто по сравнению с тем, что я чувствую сейчас.
Общей суммы, которую он предлагает, хватит, чтоб покрыть стоимость новой машины.
Моё сердце стучит так сильно, что вот-вот вырвется из груди… и не в хорошем смысле.
Я оскорблена… и в ярости.
Не потому, что его жест подразумевает то, что авария была его виной и он передо мной в долгу. Я в бешенстве, потому что самодовольное выражение его лица говорит мне, что он уверен в обратном.
Он чувствует жалость ко мне, и его щедрый чек — подачка.
Жалкий чек.
Наглость!
И это причина, почему он на меня напал в первую очередь? Потому что он считает, что я могу быть бедной и впечатлённой его роскошным автомобилем, и одеждой, и, следовательно, пожелаю раздвинуть ноги перед ним, только лишь потому, что он привилегированный?
— Что скажешь? Этого достаточно? — спрашивает он нетерпеливо.
Игнорируя его вопросы, я сладко улыбаюсь и делаю шаг вперёд.
План состоит в том, чтобы посмотреть прямо ему в глаза и сказать, куда он может засунуть свой чек. Но вместо этого, я замечаю, что наклоняю голову назад, для того, чтобы полностью изучить пару греховно зелёных глаз, глубокого цвета, цвета тёмных лесов и часто посещаемых лугов.
По факту, его рост меня пугает, и я почти задыхаюсь от своих слов.
— Оставь себе. Мне не нужны твои деньги, — выплёвываю я, скрежеща зубами. — И нет никакого способа, при котором я бы с тобой переспала. Ни сегодня. Ни завтра. Ни когда-либо ещё. Понятно?
Дрожащими пальцами, я бросаю в него чек, стараясь не дотронуться до него.
Его брови взлетают. Медленно его улыбка тает на губах.
— Я не требую, чтобы ты…
Я больше не слушаю, поворачиваюсь к нему спиной и запрыгиваю в машину, затем захлопываю дверь.
Я подавляю желание посмотреть на него, когда завожу двигатель, но могу почувствовать его пристальный взгляд, прожигающий мою кожу. Мои внутренности горят, даже при том, что мой гнев растворился в приятной ночи.
Не оглядываясь, я проношусь мимо него. Я не живу в его мире, поэтому знаю, что больше никогда его не увижу. Но от этого понимания забыть его глаза не легче, а пульсация между ног не проходит.
Факт остаётся фактом: он придурок.
Ещё один высокомерный ублюдок, которого я никогда не увижу.
Да я бы лучше съела этот чек, чем приняла бы подачку от незнакомца, главная фантазия которого — урегулировать ситуацию в частном порядке. В постели.
Дерьмо! Назревает ураган. Об этом говорилось во всех новостях последние несколько дней, но я была настолько занята своей новой статьёй, что у меня даже не было времени смотреть новости или читать газеты. Но у Мэнди нет оправдания, потому что она потащила меня с собой в эту поездку через Монтану.
О’кей, возможно у неё была причина… в виде двух билетов на «Mile High» — самый горячий инди-бэнд в мире. Самое худшее — это то, что концерт проходит в Монтане, которая, вероятнее всего, и является главной причиной плохой продажи билетов. Вы бы поехали через полстраны, чтобы увидеть пафосную кучку помешанных идиотов, сотрясающих воздух, неприятной внешности и завывающих, полагая, что они — воплощение Моцарта?
Да, не я одна.
Но Мэнди их фанатка.
Видимо, дело в том, что они носят чёрные карнавальные маски (и ничего более) и никто ничего о них не знает, что делает их ещё горячее ну, по крайней мере, так говорит Мэнди. Она не только знает весь репертуар группы, я клянусь, состоящий всего из пяти песен, которые, кажется, на повторе по всем радиостанциям страны (и вам от них не сбежать), на самом деле, она даже не стыдится признаться в том, что она их фанатка.
Говоря о превращении в поклонницу, я говорю о её возвращении в подростковые годы.
Представьте моё разочарование, когда я стала обладателем двух билетов на концерт в радиоконкурсе. Я не хочу показаться неблагодарной, но из всех призов (новый iPhone и макияж от знаменитого стилиста), я, к несчастью, выиграла билеты, хотя, наверное, я единственная женщина в мире, которая не знала бы кто они такие, если бы не эклектичный вкус Мэнди в музыке.
В тот момент, когда я выиграла билеты, кто-то должен был стукнуть меня по голове, потому что я была глупа настолько, что сказала Мэнди о выигрыше и о том, что рассматривала их продажу на eBay. Мэнди чуть было не выскочила из дома и силой не затащила меня в машину, направляя её на Мэдисон Крик.
Битва была проиграна, даже не начавшись.
Поэтому, я здесь, Бог знает где, с энтузиазмом черепахи, в предвкушении пытки моих бедных ушей, что вскоре случится и с Монтаной.
Бедная Монтана.
