— Хороший парень. Он приводит в порядок дела, следит, чтобы у всех было необходимое снаряжение, даже когда в верхах не всегда видят в этом надобность.
— В верхах?
— Правительственные шишки. Государственное финансирование. Беспрерывная борьба. Тебе это знать не надо. Пойдем, познакомлю с некоторыми ребятами.
Тайлер привел меня в машинный отсек, где остальная часть команды занималась работой. Двое мужчин перегнулись через открытый капот грузовика, еще двое подметали и мыли бетонный пол, остальные проверяли снаряжение в углу.
— Что это? — Я указала на нечто, висевшее на стене и похожее на гибрид топора и молота.
— О, это пуласки. А вон там, — он указал на инструмент, выглядевший как лопата. — Рино. Мы сами их сделали.
—
— Да, с помощью сварочного аппарата, пилы, шлифовального станка и других инструментов. На самом деле, все, что смогли найти. Мы иногда становимся очень креативными.
Я вытащила фотоаппарат, сделала несколько кадров с инструментами, после чего направила объектив на членов команды, занимавшихся делами. Тайлер подошел к мужчине, который ремонтировал машину, напоминавшую фургон скорой помощи, только гораздо больше.
— Командный автобус, — пояснил Тайлер.
— Когда на ходу, — добавил мужчина.
— Вывеска снаружи гласит «межведомственная», у вас имеется межведомственное оборудование, также пожарная машина с насосом, и все это в городской части?
Тайлер пожал плечами.
— Двойное назначение. Так проще, особенно если учесть, что большинство из нас занимается и городскими и природными пожарами. Так же недалеко от города во время межсезонья.
Я кивнула, вытащив свой блокнот и ручку.
— Его, — Тайлер показал в сторону высокого, но не такого мощного мужчину. — Зовут Смитти. — Рядом с ним маленький, но плотный пожарный в очках обладал утонченной красотой, подчеркнутой смуглой кожей и измазанной маслом щекой.
Они оба вытерли руки о собственные штаны и поприветствовали меня.
— Лайл Смит, — пожав руку, представился Смитти.
Тайлер указал на второго.
— А это — Тако.
— Тако? — Переспросил я. Рыжие волосы и веснушчатое лицо никак не объясняло прозвище.
— Клинтон Такер. Моему сыну два года. Когда он произносит нашу фамилию, по звучанию становится похоже на «тако». К сожалению, оно приелось, хотя это не самое худшее прозвище среди нас.
— И что, у всех они есть? Прозвища?
Тайлер пожал плечами.
— Практически.
— Какое у тебя?
Смитти засмеялся.
— О, у него есть одно, правда ни у кого не хватает смелости называть его так в лицо.
— Теперь ты просто обязан просветить меня, — ухмыльнулась я.
— Нет, — отрезал Тайлер. — Он не станет этого делать.
Их имена оказались на страницах моего блокнота. — Тако, тебе тяжело? Находиться вдали от сына в течении нескольких дней или даже недель?
— Наверное. На самом деле, у нас нет иного выхода. Это моя работа, — признался Тако, вытерев руки о тряпку. — Во время пожароопасных сезонов проходят месяцы.
— Как давно ты стал пожарным?
— Это мой четвертый сезон в Колорадо.
Я кивнула и позволила им вернуться к работе, затем встала в угол, чтобы сделать несколько репортажных снимков.
— Там Уоттс… Рэндон Уотсон, — продолжал знакомство Тайлер, замолчал в ожидании, когда Уоттс, удерживая одной рукой швабру, другой помахал нам. — А вот это, руководитель нашей группы — Джубал Хилл. Не позволяй седине ввести тебя в заблуждение. Он — зверь.
— Джубал? — Спросила я. — А настоящее имя?
Джубал бросил метлу и подошел к нам, его светлые волосы оттеняли бронзовую кожу и светло-голубые глаза. Он вытянул перед собой руку.
— Джубал Ли Хилл. Приятно познакомиться.
— Джубили, — повторила я.
Он опустил взгляд и усмехнулся.
— Просто Джубал. Никаких прозвищ.
— Приятно познакомиться, — ответила я. Стоило ему отойти, как я задокументировала его подобно папарацци. Его фотографии должны украшать календарь или страницы Нью-Йоркского «Вока» в дизайнерских очках и костюме, вместо того, чтобы махать метлой в гараже.
— Все нормально, — произнес Тайлер. — Каждая женщина, входившая в эти двери, западала на Джубала.
— По его поведению и не скажешь, — последовал мой ответ.
— Все потому что, он не обращал внимание.
— Ага, конечно.
— Правда. Он всю свою жизнь любил только одну женщину. С первого класса или около того. Они поженились сразу после школы, и… видела бы ты их. Они отвратительны.
— Отвратительны?
— Ведут себя как молодожены. Хотя женаты уже тридцать лет.
— И это отвратительно?
— Нет, — ответил Тайлер. — Нам просто нравится издеваться над ним. Мои родители, наверняка, вели бы себя точно так же. За ними приятно наблюдать. Остальных нет.
— Сколько из них в твоей команде? И что ты имел в виду под «остальных нет»? Пострадали? В отпуске? Заболели?
Тайлер засмеялся.
— Команда обычно состоит из двадцати мужчин и женщин.
— Женщин?
— Их не очень много, но самые стойкие из пожарных, которые мне известны, именно женщины.
Я улыбнулась и повесила фотоаппарат за ремешок на шею.
— Так где остальные?
Тайлер подвел меня к рамке с групповым снимком.
