— Захлопнись, — прошипел Тайлер. Его тело дернулось, и моим приоткрытым глазам предстала расплывчатая фигура Уоттса уворачивавшегося от того, что бросил в него Тайлер.
Я села ровно и протерла глаза.
— Три часа, — улыбаясь, произнес Джубал. — Тайлер не шевелился все это время, чтобы не разбудить тебя.
— Ты поужинал? — Повернувшись к нему, спросила я.
— Я приносил ему сэндвич, — ответил Уоттс, бросив обратно маленькую квадратную подушку. — Он переживет.
Тайлер поймал ее и прижал к груди, надувшись.
— Что с тобой? — Поинтересовалась я.
Уоттс выпятил вперед нижнюю губу.
— Злится, что мы тебя разбудили.
— Перестань, — сказал Джубал, протянув мне стакан с холодной водой.
— Спасибо, — поблагодарила его.
Смитти сделал звук телевизора громче, Тако вытащил свой зазвонивший телефон и, поднявшись, пошел разговаривать в кабинет.
Тайлер встал на ноги.
— Нам, наверное, стоит отвезти Джоджо снимки и доставить тебя домой?
— Ага. Думаю, мне следует позвонить Хосе.
— Я сам тебя отвезу, — резко ответил он.
Джубал наблюдал за нами, не скрывая своего веселья, по непонятным мне причинам. Остальная часть команды Тайлера, казалось, занималась своими делами, в тоже время не забывая прислушиваться к моему ответу.
— Э-э, хорошо, — ответила. — Спасибо.
Девятнадцать пожарных от Фиша до Малыша крепко обняли меня на прощание, и все без исключения потребовали скорого возвращения. Даже Чиф, едва покидавший свой кабинет, вышел сказать мне «до свидания», после чего Тайлер проводил меня к своему грузовику, терпеливо подстраиваясь под мой медленный темп ходьбы.
— Черт, — себе под нос выругался Тайлер. — Надо было заранее завести машину, чтобы салон успел прогреться.
— Все нормально. Правда, ничего страшного. По-моему, я достаточно доказала свою неприхотливость.
— Это да, — мужчина открыл для меня дверцу, но замер, заметив мой пристальный взгляд. — Что?
— Что ты делаешь?
Он пожал плечами.
— Открываю для тебя дверь.
— Зачем? — Не поняла я. Его жест оказал на меня странный эффект.
— Давай садись.
Я залезла внутрь, обернув себя руками в попытке согреться, пока Тайлер, захлопнув пассажирскую дверь, направился к другой стороне. Он был погружен в собственные мысли и выглядел недовольным.
Он привез нас к издательству, чтобы я смогла передать флэш-карту Джоджо. При виде меня на ее лице появилась нетерпеливая улыбка от желания поскорее загрузить фотографии на компьютер.
— Папуле понравится, — произнесла она.
— Ты так думаешь? Означает ли это, что моя работа окончена? — Решила уточнить я.
— Возможно. Мне нужно, чтобы ты написала обо всем, что узнала, потом я отредактирую твой текст. Нам не помешало бы немного «мяса».
— Какого еще… «мяса»?
Ее палец кликал по мышке.
— Ну, знаешь… информацию, которую мы могли бы в дальнейшем использовать. — Ее взгляд прошелся по мне с ног до головы. — Отправляйся домой и отдохни, Эллисон. Выглядишь отвратительно.
— Ухожу. — ответила, вернув свою флэшку и направившись к выходу.
Грузовик Тайлера продолжал работать, выхлопные газы вздымались в ночное небо. Как только мужчина заметил меня, направлявшуюся в сторону его машины, сразу же наклонился к приборной панели и открыл дверцу. Я забралась внутрь, и он резким движением руки погладил меня по ноге.
— Нужно побыстрее доставить тебя до дома. Ты устала.
— Ты работал гораздо усерднее меня.
— Но для меня это привычное дело. Джоджо должна дать тебе несколько выходных. Тебе будет плохо.
— На самом деле, я чувствую себя просто замечательно, впервые за долгое время.
Тайлер переставил рычаг переключения скоростей и отъехал от тротуара, двинувшись в сторону моего дома. Он прикурил сигарету и, не спрашивая, протянул ее мне, а затем прикурил еще одну для себя. Мы практически не разговаривали. Тайлер, казалось, потонул в миллионе мыслей, вертевшихся в голове.
Он направил грузовик к моей подъездной дорожке и, замедлившись, остановился возле ворот. Мне пришлось потянуться через него, чтобы набрать код, и ворота со скрипом начали медленно открываться. Затем Тайлер заехал внутрь и двинулся по дорожке длиной в милю к дому.
Уже стемнело, должно быть, Марисела и Хосе отправились домой на ночь.
— Спасибо, что подвез, — на прощание сказала я, собрав вещи и спустившись на бетонную дорожку. Обошла грузовик со стороны капота, сделав всего несколько шагов, внезапно застыла на месте.
— Что ты здесь забыл? — Процедила я.
— Эллисон, она знает, — без приветствия начал Стерлинг. Он вышел из темноты, заметно похудев и с отросшей за день щетиной. Заковылял по ступеням с болтавшимся на шее галстуком и испачканной рубашкой.
Дверца машины Тайлера открылась и закрылась, звук его ботинок раздавался по снегу и камням, пока он не остановился прямо позади меня.
— Привет, Стерлинг, — произнес Тайлера. — Рад тебя видеть.
Глаза Стерлинга блестели от слез. А запах виски можно было учуять миль за десять.
— Блять, ей все стало известно, Элли. Она не отвечает на мои звонки.
— Я же тебе говорила. Она никогда не отвечает на них во время отпуска.
— Твою мать, она все знает!!! — Яростно завопил он.
