— Быстрее, миледи! — Оставь меня в покое! Там принцы, у них наверняка есть план! — Эти два идиота между собой договориться не могут, о каком плане может идти речь? Ошарашенно моргнув, я пропустила момент, когда мужчина, чертыхнувшись, закинул меня на плечо и побежал. Какое-то время просто болталась вниз головой, пока не увидела скачущих в сторону основного лагеря Розейна и Рейлина. Они пронеслись мимо паникующих целителей и кинров, даже не остановившись на мгновение, не бросив взгляда в нашу сторону! — Трусы… — Мой невольный носильщик фыркнул, ставя меня на ноги. — И о каком плане вы говорили, миледи? — Подожди, но там ведь маги, рыцари! Что будет с ними? Снисходительный взгляд, словно говорящий «сами подумайте» и тут же сильные руки закидывают меня на лошадь, впихивая в безвольные пальцы поводья. Рядом встали двое сопровождающих, один из них держит коня для третьего. А я никак не могла осознать происходящее. Ладно Рейлин, но Розейн! Он ведь почти с пелёнок рос в казармах, все люди, что сейчас на поле боя, помогали ему учиться. Он сам говорил, что они ближе ему, чем семья! И всё, что он смог сделать — просто уехать?
Один из гвардейцев стукнул моего коня по крупу, отчего тот рывком сорвался с места. Вцепившись в поводья покрепче и прижавшись к шее скакуна, я напряжённо думала. И додумалась до совершенно идиотского решения. Рыжий конь встал, как вкопанный, повинуясь движению поводьев, развернулся в свечке и рванул обратно. Я не обращала внимания на крики сопровождающих, подгоняя лошадь и стараясь не думать о том, что собралась вытворить. Как по заказу, имперское войско решило начать отступление, а варвары отвлеклись на спасение своих, угодивших в наконец сработавшую магическую ловушку. Резко дёрнув поводья, я направила жеребца влево, обходя бегущих нам навстречу рыцарей.
В голове всплыла фраза Эдриса, брошенная им на одном из занятий: «Маги слишком погрузились в формулы и расчёты, тем самым ограничив себя ещё больше. Магия — не записанная на свитке буква, магия это желание, обретшее форму».
С коня я скатилась кубарем, хотя пыталась изящно соскользнуть с седла, как это делал Розейн. Отряд варваров, бегущий за рыцарями, остановились, чтобы зайтись хохотом от увиденной сцены. Но когда я, отплёвываясь от грязи, встала на ноги, один из них толкнул другого в бок и что-то сказал. Я на секунду замерла, прислушиваясь к гортанной, отрывистой речи, полной каких-то щёлкающих звуков. И восстанавливая дыхание после падения. — Кертак… Кертак! — Думаю, ты послал меня куда подальше. Вдохнув поглубже, чувствуя, как кончики пальцев закололо, я вскинула руки вверх.
Люди с материка называли их варварами, демонами, отродьями Келтара. Сами они звали себя линкам — «Дети Камалин». Они заплетали волосы в косы, вплетали в них бусины и перья. Красили одежду в яркие цвета, шли на смерть под бой барабанов. И носили ножи из серебра, отдавая дань защитнику Богини, что отдал душу в попытке спасти.
Враг бежал, сверкая пятками, но они продолжали идти за ним. Желание донести до светлокожих глупцов правду уже въелось под кожу, заставляя линкам раз за разом приплывать к берегам, где каждый пятый из них отправлялся в объятия Матери.
Облачённые в тяжёлые доспехи, светлокожие успели уйти на приличное расстояние, пока они вызволяли из ловушки соратников. Здешние маги были не чета им, но из-за того, что они работали толпой, снимать заклятия было сложнее. И, пока одни занимались освобождением, другие направились следом за уходящими врагами.
Смешная светлокожая девчонка, упавшая с коня перед ними, заставила рассмеяться. Но вдруг Ка́ргор ткнул То́рака в бок. Непонимающе нахмурившись, Торак внимательнее присмотрелся к девчонке. Совсем ещё юная, скорее всего, даже не отпраздновала свою двадцатую весну. Совершенно невозможные глаза цвета серебра, не испачканные чернотой зрачков, смотрели на них с ненавистью. — Как такое возможно? — Не знаю, брат. Но её нельзя трогать. — Она нападёт на нас. Она будет защищать тех, кто за её спиной. — Значит мы будем защищаться. И только. Дитя Кертака нельзя убивать.
И в этот момент девчонка вскинула руки вверх. Мир поглотила тьма.
Я боялась, что моих сил не хватит. Но рванувшая во все стороны тьма ластилась к рукам, словно прирученный зверь и дарила уверенность. Мне не хотелось убивать — и тьма это чувствовала, бережно пеленая варваров, не позволяя им напасть на меня.
Сквозь пелену я видела, как оставшиеся за границей враги пытались пройти к товарищам. Но один из тех, кто уже был обезврежен, что-то крикнул — и остальные встали, не двигаясь более. Нахмурившись, я опустила руки, ослабляя давление магии. Лежащие на земле варвары смотрели на меня с долей удивления и почему-то с облегчением.