— Его Величество повелел привести к нему девушку. — Служанка явно вздрогнула, но послушно побежала куда-то в сторону темниц, а я повернулась к гвардейцам. — Отец слишком расстроен и уже отдыхает, так что постарайтесь не шуметь сильно. — Так точно, миледи. Кивнув, я направилась в темноту коридора. Только для того чтобы завернув за угол, исчезнуть в тенях. Девушку привели через полчаса, безучастную и сломленную. Она сразу же почувствовала запах калхира и вздрогнула, но направилась в сторону спальни сама, не дожидаясь приказа.
Тьма захватила её без лишних проблем. Гребень заставил сделать глоток яда, устроившись в разворошенной постели. Со вздохом поправив волосы девушки, я осмотрела подготовленную сцену и, кивнув самой себе, снова исчезла в тенях.
Утро началось с колокольного звона и криков. Элара, судя по взгляду, поняла всё без слов и спокойно отправилась в гардеробную, откуда принесла чёрное, словно сама ночь, платье. И никто не заподозрит, ведь весь дворец носил чёрное по принцам. — Что здесь происходит? — Мой голос пролетел над головами слуг и советников. — Что за балаган? — Ваше Высо… То есть, Величество. — Советник То'Рен, говорите нормально! — Ваш отец, миледи. Его нашли слуги. Повесился. — Советник подошёл ко мне, протянул уже знакомый мне свиток. — Он передал правление вам. — Вы читали указ? — Пришлось, миледи. Каковы будут ваши указания? Советники явно были растеряны. Иначе им бы даже в голову не пришло спрашивать моего мнения. И мне это было на руку.
Коронация была поспешной. Но никто даже не попытался оспорить моё право на трон. Наверное, впервые за всё время существования империи на престол всходила не просто девушка, а носящая траур по отцу и братьям. Забавное начало правления.
Похороны я назначила в один день с принцами, объяснив это тем, что император был бы рад такому исходу, раз ушёл вслед за сыновьями. Тризны в кинрионах уже начались, но саму процессию решили провести через три дня. Город гудел от сплетен, но я всё равно отправилась в главный кинрион.
Аристократия, рабочие, бедняки — сегодня все собрались в одном месте. И моё появление смутило всех. Первыми оправились именно жители трущоб, которые попытались ринуться ко мне с криками благодарности. Но барьер тьмы заставил их отшатнуться с визгами ужаса. Тихо фыркнув, я поднялась по ступеням, около дверей развернулась, надеясь, что меня прекрасно слышно и видно. — Сегодня произошло то, чего я не ожидала. Мой отец, видимо, не справился с горем и повредился рассудком, раз решил покинуть этот мир. Династия Астален продолжит оберегать империю, можете не беспокоиться. — Избранная! — Я вздрогнула, когда услышала знакомый до омерзения голос. — Как же! Наверное сама всех и поубивала, чудовище! Люди с криками расступились, когда моя тьма метнулась к крикунье. Нора, спелёнутая по рукам и ногам, повисла передо мной. — Среди толпы все храбрецы, да? — Я с брезгливостью посмотрела на бегущую по ногам женщины струйку. — Ты знаешь, что делают с теми, кто оскорбляет императрицу? — Ты просто сука! Я не признаю тебя императрицей! — Как хорошо, что твоё мнение ничего не изменит. — Усмехнувшись, я отодвинула Нору в сторону, чтобы нас видели все. — За оскорбление императрицы, причём неоднократное, эта женщина приговаривается к казни. Немедленной. Раздался хруст позвонков — с каждым днём моя магия становилась всё сильнее и слушалась лучше. Кого-то, судя по звукам, вырвало. Кинры тут же утащили тело куда-то в глубь храма, а один из сальвейров пригласил меня послушать песнопения за упокой.
Когда вечером советники докладывали мне о настроениях в городе, я только усмехалась. Да, возможно, я поступила слишком жестоко с Норой. Зато теперь меня боялись. Настолько, что даже думать не смели о том, чтобы сместить меня или вертеть мной.
Это чувствовалось в воздухе. Советники боялись за свои шкуры. Но пока я не обзаведусь собственными доверенными и, что главное, умными людьми, им ничего не грозило. Впрочем, знать о моих планах им пока тоже не стоило. — Через несколько часов прибудет советник Эдрис, Ваше Величество. — Отлично. Ещё есть какие-то проблемы? Вечер прошёл более чем продуктивно. Я не стала сидеть на возвышении, как это делал Прайвен. Вместо этого мы с советниками расположились за удобным столом, где можно было разложить бумаги. Спустя каких-то полчаса То'Рен уже спорил со мной, словно забыв об опасности. А я не собиралась его одёргивать. Страх должен иметь свои границы. Так что расходились мы вполне довольные друг другом, хотя советники явно оставались настороже. Особенно когда почувствовали холодок тьмы, отпускающий их за дверями.
Я сидела в тронном зале в гордом одиночестве, когда Эдрис медленно вышел из тени, глядя на меня с улыбкой. Но во взгляде читалась настороженность с лёгкой ноткой гнева. И эта нотка вспыхнула сильнее, когда я опёрлась на подлокотник трона и ласково улыбнулась ему.