Из гостиной была видна кухня, так что я могла наблюдать за тем, как Уилл открывает и закрывает шкафчики и, наполнив водой старомодный чайник, ставит его на плиту. Его квартира оказалась меньше, чем я представляла, – с деревянными полами и шкафами, битком набитыми зачитанными романами и книгами по генетике. Целая стена была посвящена впечатляющей коллекции комиксов. Основное место в гостиной занимали два кожаных дивана, а на стенах висели картины в простых рамах. В корзине на полу стопкой валялись журналы, за каминную доску были заткнуты письма, а на полке стоял стакан, наполненный бутылочными пробками.
Я снова попыталась сосредоточиться на том, что спрашивал Уилл, но каждый предмет в его квартире казался мне кусочком захватывающей мозаики, из которой можно было сложить историю Уильяма Самнера.
– Да особо не о чем рассказывать, – рассеянно ответила я.
– Ханна!
Раздраженно застонав, я сняла пальто и перекинула через спинку стула.
– Просто у меня голова была не тем занята, понимаешь? – сказала я, но, увидев появившееся на его лице выражение, замолчала.
Его глаза выпучились, челюсть отвисла, а взгляд медленно скользил по моему телу, от шеи и ниже.
– Что?
– Что на тебе… – поперхнулся он. – Ты пришла сюда в этом?
Я глянула вниз и пришла в еще больший ужас, если это вообще возможно. Я отправилась спать в шортиках и майке, а, выходя из дома, успела натянуть только пару пижамных штанов, ботинки с мехом и огромное старое пальто Дженсена. Моя майка не оставляла никакого простора для воображения, а соски напряглись и были отчетливо видны под тонкой тканью.
– Ох. Упс.
Я скрестила руки на груди, пытаясь скрыть тот факт, что на улице было очень, ну просто очень холодно.
– Может, стоило быть повнимательней, но я… мне хотелось увидеть тебя. Странно, правда? Наверное, я сейчас нарушаю как минимум дюжину твоих правил.
Уилл моргнул.
– Я, э-э… я думаю, там есть пункт насчет того, что в таком наряде можно нарушать любые правила, – заявил он и ухитрился ненадолго оторвать взгляд от моей груди, чтобы все-таки покончить с делами на кухне.
От того, что я сумела смутить Уилла, меня наполнило непривычное чувство власти. Когда он вернулся с двумя парящими чашками, я постаралась выглядеть не слишком самодовольной.
– Так почему же это свидание вышло столь незапоминающимся? – поинтересовался Уилл.
Вытянув ноги, я уселась на пол перед камином.
– Просто голова была занята другими вещами.
– Например?
– Наприме-е-ер… – протянула я, пытаясь сообразить, хочется ли мне углубляться в эту тему.
Мне хотелось.
– Например, вечеринкой.
На секунду над нами повисло тяжелое молчание.
– Понимаю.
– Ага.
– Ну, на случай, если ты не заметила, – сказал Уилл, взглянув на меня, – я не то чтобы крепко спал.
Я кивнула и вновь отвернулась к огню, не очень понимая, к чему ведет этот разговор.
– Знаешь, мне всегда удавалось контролировать ход своих мыслей. Во время учебы я думаю об учебе. На работе я думаю о работе. Но в последнее время, – заметила я, покачав головой, – я никак не могу сосредоточиться.
Уилл рядом со мной негромко рассмеялся.
– Отлично тебя понимаю.
– Не могу сконцентрироваться.
– Ага.
Он поскреб затылок, глядя на меня сквозь темные ресницы.
– И я плохо сплю.
– Я тоже.
– Я настолько взвинчена, что едва могу усидеть на месте, – призналась я.
Я услышала, как Уилл вздохнул, глубоко и протяжно, и только тут поняла, как близко мы сидим. Подняв голову, я обнаружила, что он смотрит на меня, пристально изучая каждый миллиметр моего лица.
– По-моему… я никогда еще никем так не увлекался, – проговорил он.
Уилл был так близко – настолько близко, что в свете огня я видела каждую его ресницу и даже крошечную россыпь веснушек у него на носу. Не подумав, я наклонилась к нему и легонько коснулась губами его губ. На секунду его глаза расширились, и он застыл, но затем его плечи расслабились.
– Мне не стоит этого хотеть, – сказал он. – Я понятия не имею, что мы делаем.
Мы не целовались по-настоящему – просто придвинулись друг к другу дразняще близко, дыша одним воздухом. Я чувствовала аромат его мыла и слабый привкус зубной пасты. Видела свое отражение у него в зрачке.
Наклонив голову, он закрыл глаза и чуть подался вперед ровно настолько, чтобы, приоткрыв губы, поцеловать меня один раз.
– Скажи, чтобы я остановился, Ханна.
Но я не могла. Вместо этого, положив руку на затылок Уилла, я заставила его придвинуваться еще ближе. А затем уже он стал навалиться на меня сильнее и сильнее, так что мне пришлось вцепиться в его футболку, чтобы не упасть. Он втянул в рот мою нижнюю губу, мой язык. Внизу живота разлилось тепло. Мне казалось, что я растворяюсь, таю и скоро от меня останутся лишь истошно стучащее сердце да руки и ноги, переплетенные с руками и ногами Уилла. Покачнувшись, мы оба боком рухнули на ковер.
– Я не… – задыхаясь, начала я. – Скажи мне, что делать.
