Он переместился к стене напротив. Барнс последовал за ним. Остальные трое наступали ему на пятки. В углу стоял упаковочный ящик. Рамон ткнул в него пальцем:
— Это стол. Чтобы играть в испанское монте. — Он схватил ящик, поднатужился и сдвинул в сторону. — Смотри.
Барнс опустился на земляной пол. На него глазела черная дыра. За спиной у него усмехнулся Рамон.
— Мы копали. Копали как проклятые. Старой миской. Прятали землю под одеялами. Сегодня уйдем, и поминай как звали. — Он дружески хлопнул Барнса по плечу. — Ты убил этого гринго. Пристрелил как собаку. Так что мы возьмем тебя с собой.
— Недавно ты говорил про деньги, — напомнил Барнс.
— Но тогда мы не знали про гринго. — Рамон смущенно развел руками. — Теперь нам не придется его искать и делать то, что нужно было сделать. Ты пойдешь с нами. Вместе сбежим из города.
— Я пойду с вами, — согласился Барнс, — но в городе пока задержусь. Нужно утрясти кое-какие дела.
— Как пожелаешь, — сказал Рамон. — Я полезу первым. А ты вторым.
Лаз был узкий, на одного человека. Здесь было темно и сыро. Барнс протискивался вперед, помогая себе руками и ногами. Наконец тоннель пошел вниз, под тюремную стену, а потом круто вверх. Задрав голову, Барнс увидел звезды.
Рамон протянул ему руку и помог выбраться. Выход из норы был в шести футах от здания. В свете луны — та висела на западе — стена отбрасывала на него черную тень.
Барнс присел на корточки, зыркая по сторонам, а Рамон тем временем вытаскивал остальных.
Через какое-то время все пятеро собрались у стены.
— Теперь мы уходим, — тихо сказал Рамон. — Сперва за лошадьми. Уверен, что хочешь остаться?
— У меня нет выбора, — объяснил Барнс. — Я должен кое-кого увидеть.
— Адьос, амиго. — Рамон протянул ему руку.
— Адьос, — сказал Барнс. — Кстати, не берите мышастого. Он мой.
— Договорились, — кивнул Рамон. — Мышастого не возьмем.
— И потише, — предупредил Барнс. — Не нужно ставить на уши весь город. Лучше поезжайте на восток. Думаю, в холмах на западе полно головорезов Карсона.
— Решено, — сказал Рамон.
Три товарища последовали за ним. Барнс смотрел им вслед. Рамон прошагал несколько ярдов, обернулся и торжественно помахал Барнсу. Барнс помахал в ответ и скрылся в тени домов.
В задней комнате редакции «Трибьюн» коптил фонарь. Хамфри с «бульдогом» в зубах, устроившись на высоком табурете, сосредоточенно набирал шрифт.
Барнс постоял у окна и направился к черному ходу.
С улицы донесся удивленный крик, выстрел, а затем гулкий топот лошадиных копыт. Прогремел еще один выстрел, и над городом повисла мертвая тишина.
Скрипнули петли. Дверь распахнулась. Стоя на пороге, Хамфри всматривался во тьму.
— Сейчас я войду, — тихо сообщил Барнс, — а вы не шумите.
Хамфри вздрогнул, увидел Барнса и сказал:
— А, это снова вы.
Барнс вошел в комнату и прикрыл за собой дверь.
— Вроде стреляли на западе, — продолжил Хамфри.
— На востоке, — поправил его Барнс. — Только что сбежали мексиканцы. — Он поцокал языком. — Так что ваша красивая виселица пока постоит без дела.
Не сводя глаз с Барнса, Хамфри снова раскурил трубку. Спичка осветила его лицо.
— У вас тут есть револьвер? — спросил Барнс.
— Не-а, — ответил Хамфри. — Но в другой комнате имеется.
— Прошу им пока не пользоваться, — сказал Барнс. — Я пришел поговорить.
Хамфри сделал шаг к пузатой печке в центре комнаты. На ней стоял помятый кофейник.
— Хотите? — спросил Хамфри.
Барнс кивнул.
— Если решили устроиться в газету, — Хамфри снял кофейник с печки, — подумайте еще раз. Работа не сахар. Пашем днями и ночами.
— Я хотел узнать, почему вы спасли мою шкуру, — объяснил Барнс.
Хамфри наморщил лоб.
— Наверное, из чувства антипатии. Надоело смотреть, как Карсон тут своевольничает. Как наводит в городе свои порядки. Я вынужден с ним уживаться, но хладнокровно застрелить человека… Это уж слишком.
— Вы не боитесь, что он запомнил, как вы наставили на него револьвер? И пришел к выводу, что это уж слишком?
— Боюсь, — признал Хамфри. — Но какого черта? Типы вроде Карсона не понимают другого языка. Если ему захочется что-то мне сказать, он знает, где меня найти. — Юноша попыхтел трубкой и с недоумением покосился на Барнса. — А вы не слишком рискуете, друг мой? Стоит ли вам тут рассиживаться?
— Думаете, вместо этого мне нужно уматывать, куда глаза глядят?
Хамфри кивнул:
— Именно эта мысль и пришла мне в голову.
— Не могу, — сказал Барнс. — У меня свидание с Карсоном.
— Почему вы так раскипятились? — осведомился Хамфри. — Не успели приехать в город, как затеяли междоусобицу с местным столпом общества.
— Мне не нравится, когда люди выгоняют соседей с земли, — сказал Барнс. — Устраивают стрельбу в мирной долине, угоняют скот и жгут дома. По-моему, это некрасиво.
— Черт побери, как же я раньше не сообразил! — воскликнул Хамфри. — Теперь все ясно. Я, конечно, понимал, что дело нечисто. Но и подумать не мог, что у Карсона хватит наглости провернуть такую махинацию.
— Он неплохо умеет заметать следы, — заметил Барнс. — Одурачил почти всех местных. Насколько я понял, люди решили, что здесь орудовала банда налетчиков.
