В ее голосе слышалась горечь всех скотоводов.
— Нельзя нам здесь оставаться. — Крейн поерзал в седле. — На равнине полно вооруженных людей. А до города далеко.
Девушка молчала.
— Поехали к Бартли, — продолжил Крейн. — Он нас приютит. Если осталось где.
Он развернул коня в сторону овражка. Девушка направилась следом.
Над равниной светила луна. Ночь была тихая. И не скажешь, что здесь разыгрывается кровавая драма.
Крейн с девушкой молча ехали к поместью Бартли. Иногда Бетти всхлипывала, вспоминая о судьбе отцовского ранчо. Крейн же повесил голову на грудь и задумался.
Пора признать: он ошибся, когда заподозрил, что войну на равнине начнет Фентон. Его ранчо сожгли дотла — какие еще нужны доказательства?
Строения Бартли были на месте, хотя от двух стогов сена остались кучки мерцающей золы.
Крейн с девушкой медленно взбирались по склону. Со стороны ранчо появился всадник.
— Кто идет? — выкрикнул он.
— Крейн и Бетти Фентон. Нордби, это ты?
Фрэнк Нордби, старший ковбой у Бартли, ринулся им навстречу.
— Что творится на равнине? — спросил он.
— Ранчо Фентона стерли с лица земли, — ответил Крейн. — Про остальные не знаю. По пути видел несколько пожаров.
— К нам тоже сунулись, — сообщил Нордби, — но мы их встретили. Эти сволочи подпалили пару стогов, но на ранчо не прорвались. — Он повернулся к Бетти. — Сожалею о вашей утрате, мэм.
— Мы тут подумали, — сказал Крейн, — может, Бартли пустит нас переночевать? До города путь неблизкий.
— Само собой, — кивнул Нордби. — С радостью. Он в доме. Скажете моей жене, чтобы собрала вам поесть. А я тут побуду. — Он остановился возле сараев. — Ребята помогают мне караулить.
У сенного амбара загорелась спичка. Кто-то закурил, поворчал и едко хохотнул.
Нордби отъехал в сторону. Крейн с девушкой направились к хозяйскому дому.
— Чет, — прошептала Бетти, — что тут творится? Тот человек, который смеялся… Он смеялся как Чарли Керк!
— Чарли?.. Ты, верно, ошиблась. С какой стати тут взяться Керку?
— Может, и так, — нерешительно сказала Бетти, — но на секунду мне показалось, что это он.
Они постучали. Миссис Нордби открыла дверь и восторженно заголосила:
— Вот те на! Ну и ну! Бетти, да ты входи, входи! Сколько лет, сколько…
— Кто там? — спросили в доме.
Прежде чем миссис Нордби успела ответить, Бартли высунулся из кабинета напротив гостиной. Встав в дверях, он загородил весь свет. В коридоре потемнело.
— А, Крейн, — сказал Бартли. — Рад видеть. И вас рад видеть, мисс Фентон. Прошу, проходите. Поговорим, а миссис Нордби тем временем сварит нам кофе.
Он впустил гостей в кабинет, закрыл дверь и сказал:
— Очень плохая ночь. Чрезвычайно плохая.
— Фентона сожгли, — сообщил Крейн. — Пожары по всей равнине.
— Ничего хорошего. — Бартли поцокал языком. — Все это отбросит здешнее сообщество лет на пять назад. Если не больше. Если бы они прислушались к голосу рассудка… Мисс Фентон, садитесь вон на тот диван. Он очень удобный. Сигару, Крейн?
Крейн отрицательно мотнул головой и рухнул в кресло.
— Просто хочу перевести дух, — сказал он. — Подумать. Понять, что к чему. Знаете, Бартли, что-то здесь не так. Это не просто столкновение поселенцев со скотоводами. Вот я и пытаюсь разобраться, что происходит.
Бартли стоял в центре комнаты, широко расставив ноги, сложив руки за спиной, сжимая в зубах сигару.
— Сами знаете, Крейн, мне здесь нравится. А теперь, когда я думаю о сегодняшних событиях…
Он умолк.
Крейн откинулся на спинку кресла и обвел комнату взглядом. Полки с книгами, тяжелый стол с бумагами, в углу — маленький железный сейф.
Дверь распахнулась. За ней стоял человек в черной шляпе, нахлобученной до самых глаз.
— Слышьте, босс, — выпалил он, — я…
Тут он увидел Крейна, умолк и нервно сглотнул.
— Дурак ты чертов, неужели непонятно? — прорычал Бартли, но тут же взял себя в руки, медленно повернулся к гостям и сказал негромко: — Прошу извинить, я скоро вернусь.
Крейн застыл в кресле, глядя, как Бартли напирает на Гьюлика, а тот пятится в коридор. Все вопросы, что вертелись у него в голове, вдруг сошлись в один. У этого вопроса был ответ. Крейн уже понял, что происходит.
Итак, за всем стоит Бартли. Именно он подослал Гьюлика в перелесок, чтобы развернуть Крейна. Ведь только Бартли знал, что Крейн поедет этой дорогой. Да, это он. Больше некому. Все ясно как божий день.
«Не может такого быть, чтобы я ошибся, — думал Крейн. — Да, это невероятно, но как тут ошибешься? Все сходится. Гьюлик сидел в засаде, а теперь он входит в кабинет Бартли и называет его боссом».
Гьюлик — и тот, кто смеялся у сарая, когда Крейн и Бетти подъезжали к дому. Бетти сказала, что так смеется Керк. Ну конечно, это был Керк, потому что он, как и Гьюлик, работает на Бартли. Бартли нанял его, чтобы посеять хаос на равнине. Сделать так, чтобы скотоводы и поселенцы схлестнулись не на жизнь, а на смерть.
— Что такое, Чет? — настороженно спросила Бетти из другого угла комнаты.
Крейн встал с кресла и уставился на железный сейф.
— Бетти, — заговорил он, — скажи-ка, Бартли давал твоему отцу деньги в долг?
