Технологическая революция началась с рождением машины, которая упразднила ручной труд и сыграла решающую роль в становлении крупной современной промышленности. За один век новые технические производственные системы изменили все стороны жизни. Современная технология сегодня революционизировала не только социальное и экономическое, но и эстетическое развитие. В Западной Европе и Америке эта революция заложила основы новой архитектуры.
В октябре 1917 года началась русская Революция, открывшая новую страницу в истории человеческого общества. И основы нашей архитектуры связаны именно с социальной, а не технологической революцией.
На место индивидуального, частного заказчика пришел так называемый «социальный заказ». Фокус сдвинулся с частного и индивидуального к общему и универсальному. Сегодня архитектуру нужно судить по другим меркам. Архитектура оказалась под вопросом. Более того, этот вопрос был поставлен в стране, изнуренной войной и голодом и полностью изолированной от внешнего мира. Чтобы решать новые архитектурные проблемы, нужно было сначала привести в порядок экономический базис. Довоенный уровень производства удалось восстановить довольно быстро, но ни этот уровень, ни эти темпы производства уже не соответствуют требованиям сегодняшнего дня. Чтобы решить поставленные перед нами мировые задачи, нам надо ускорить темпы роста и прибавить шаг. Чтобы добиться своих целей, нам надо не только использовать доставшееся нам наследство, но и полностью реконструировать его. Мы должны не только строить, но и перестраивать. Мы перестраиваем промышленность и сельское хозяйство, и эта реконструкция производства порождает новое ощущение жизни, создавая питательную среду для культуры, включая и архитектуру. Наша новая архитектура не просто пытается завершить то, что было прервано на время войной. Наоборот, она стоит у истоков будущего, и ее цель не сводится только к строительству. Ее задача в том, чтобы осмыслить новые условия жизни и предложить такие архитектурные решения, которые могли бы активно участвовать в общем деле становления нового мира. Советская архитектура встала на путь реконструкции.
Под влиянием Западной Европы несколько веков назад царский Двор подчинил себе русскую архитектуру, отдав ее под присмотр Академии художеств. Там, в окружении других искусств, архитектура и прозябала, проводя в полусне свою мнимую жизнь, совершенно лишенную творчества. Строить в России разрешалось только людям с государственными дипломами, писать картины и сочинять стихи было «дозволено» каждому. Архитектура культивировала усердие, живопись – таланты.
Стремление к художественной новизне формировалось не в аристократически-бюрократическом Петербурге, а в мещанской и купеческой Москве. Благодаря такой поддержке искусства развивались ускоренным темпом. Живопись развивалась настолько основательно и радикально, что под вопросом со временем оказались сами основания искусства живописи. Искусство становилось всё более замкнутым. Оно очутилось на грани пропасти: все художественные проблемы оказывались сведенными либо к вопросу об искусстве для искусства (l’art pour l’art), либо к салонным мероприятиям, как это принято на Западе сегодня. Революция изменила направление этого потока энергии. Революция предоставила радикальным художникам такой огромный простор для творчества, что для реализации этих возможностей потребуется работа нескольких поколений. Одновременно Революция принесла с собой новое понимание искусства как формы трудовой деятельности, которое, в свою очередь, оказало решающее воздействие на реконструкцию нашей архитектуры.