Аскет принял решение. Затем он быстро вернулся за своими бойцами. Шелеста всё ещё сильно колотило, и Гранит с видимым усилием сдерживал его на месте.
– Там спецпалатка, – сообщил Аскет. – Срочно переносим туда Шелеста, и вы закрываетесь. Потом я на поиски снайпера.
– Принято, – ответил Гранит. – Работаем, командир.
Через несколько минут они перенесли отяжелевшее тело Шелеста к спецпалатке. Как ни странно, вокруг было тихо, и таинственный снайпер никак себя не обнаруживал. Оставалось лишь втащить раненого бойца внутрь и закрыть полог. В этот момент в воздухе прогремела автоматная очередь. На этот раз Гранит успел искренне удивиться тому, что у кого-то сохранилось старомодное автоматическое оружие. Схватившись за левое плечо и живот, он тяжело опустился на колено.
Из скафандра начал со свистом выходить воздух. Аскет бросился к раненому бойцу, стараясь повалить его на снег, но два выстрела из штурмовой лазерной винтовки прозвучали раньше. Первый угодил Граниту снова в живот, а второй – в левую голень. Стреляли с противоположной стороны, но сквозь серо-чёрную дымку, стоящую в воздухе, увидеть снайпера было практически невозможно.
Свист от вырывающегося в атмосферу воздуха резко усилился. Гранит отчаянно схватился левой рукой за покорёженный скафандр, пытаясь закрыть пулевое отверстие. Через несколько секунд боец резко осел и ничком повалился в снег. Подоспевший к нему Аскет стал быстро закрывать отверстия в скафандре герметиком из ремнабора. Затем он перевернул тело крупного спецназовца на спину и повторил то же самое с другой стороны.
Командир бросил взгляд на своих бойцов, тела которых бились в жесточайших судорогах. В таком состоянии заносить раненых в спецпалатку не имело смысла. Да и закрываться там с учётом недавней атаки противника было опасно. Аскет ясно понимал, что нейтрализация снайперов – задача номер один. Даже радиация и ранения отошли на второй план. Несмотря на повреждения, скафандры ещё вполне функционировали и обеспечивали приемлемую защиту бойцов.
Аскет перехватил винтовку поудобнее и, прижимаясь к земле, стал заходить к первому снайперу с левого фланга. Сквозь пепельную дымку командир заметил краем глаза странной формы объект в пятидесяти метрах от себя. Аскет продолжал смещаться влево и вскоре оказался рядом с грудой измятого и обгоревшего металла. В воздухе вновь прогремел выстрел, и пуля, скользнув по исковерканной обшивке какого-то транспортного средства, срикошетила в сторону. Командир успел заметить то место, где была короткая вспышка от выстрела. Взяв штурмовую винтовку поудобнее, он прицелился. В инфракрасном прицеле был виден изогнутый силуэт человека, который пытался сменить позицию. Аскет не стал медлить, и яркий росчерк лазера поразил цель. Тело снайпера в объективе прицела стало быстро терять краски. Через полминуты оно побледнело настолько, что слилось с окружающим чёрно-серым пейзажем.
– Минус один, – шёпотом самому себе сказал Аскет, не спуская глаз с поверженного врага.
Командир помнил, что снайпер здесь не один, и место его укрытия предстояло найти как можно быстрее. Словно в подтверждение этой мысли измятая кабина транспорта зазвенела и завибрировала. С одной стороны в неё угодило несколько длинных автоматных очередей, а с другой – обгоревший металл насквозь пронзил луч, выпущенный из лазерной штурмовой винтовки. Командир медленно выдохнул и в очередной раз порадовался тому, что на нём гибкий скафандр с фотохромным покрытием. Для любого прицела, в том числе инфракрасного, такая цель будет практически невидима. Именно это и спасло Аскета от гибели в результате столь массированной атаки противника. Тем не менее намётанный глаз командира успел зафиксировать периферическим зрением обе точки, из которых стреляли.
Без суеты и спешки Аскет поймал в инфракрасный прицел снайпера с левого фланга и без колебаний нажал на спусковой крючок. Затем командир развернулся на девяносто градусов и заметил, что вторая цель стремительно удаляется. Разглядев бегущего противника, Аскет перечеркнул его спину лазерным лучом и только после этого снова глубоко выдохнул.
– Минус два и следом – минус три, – тихо сказал командир, стараясь унять бешеный пульс.
Этот короткий бой окончился так же стремительно, как и начался. Аскет скорее чувствовал, чем знал, что врага поблизости больше нет. Выждав для верности ещё несколько минут, командир стал внимательно рассматривать окрестности сквозь прицел. Всё было тихо. Тела противников успели остыть на морозе и теперь были неразличимы на фоне обледеневшей земли. Только после этого командир оторвался от линзы окуляра и обратил внимание на экран лицевого щитка. Оказалось, что прошло уже полчаса с того, момента, как он оставил Гранита и Шелеста. Нужно было как можно быстрее возвращаться к своим бойцам.