Аскет приблизился к Граниту и Шелесту, лежащим в сером от пепла снегу. Похоже, бойцы уже давно отключились. Судороги у них прекратились, и вокруг было неестественно тихо. Герметик сработал в штатном режиме, надёжно остановив утечку воздуха из обоих скафандров. Внезапно командир почувствовал дикую усталость, а следом – надвигающийся судорожный приступ. В глазах потемнело, голова закружилась, а руки и ноги стали беспорядочно двигаться в разные стороны. Через несколько секунд Аскет упал на землю, продолжая раскачиваться всем телом взад и вперёд. Ударившись головой о ледяную глыбу, он почувствовал, что всё вокруг побледнело и стихло, а ставшее ватным тело стремительно уплывает вверх.
* * *
«Срочно примите препарат», – засветилось очередное сообщение на внутренней поверхности лицевого щитка. Тревожный зуммер скафандра вибрировал с такой настойчивостью, что Аскет всё же открыл глаза. Бегло просмотрев информацию на экране, он с ужасом понял, что прошло уже три часа с тех пор, как он потерял сознание. Похоже, интоксикация накрыла и его. Причём даже раньше, чем ожидалось. Когда глаза адаптировались к свету, командир увидел, что Гранит и Шелест всё ещё лежат без движения на сером снегу. Аскет сделал несколько глубоких вдохов и, не обращая внимания на головную боль и сильную тошноту, с трудом поднялся на ноги.
Первым делом он занёс бойцов в спецпалатку. Затем включил портативный дезактиватор, который на удивление сразу заработал. Через полчаса радиационный фон внутри пришёл в норму. Аскет с облегчением снял шлем и на время избавился от скафандра. Гранита и Шелеста командир положил на бок в разные стороны палатки. С большим трудом удалось снять с каждого из них шлем, потому что крепления оказались повреждены и долго не поддавались. Аскет бегло осмотрел скафандры. Пулевые отверстия и вспоротые лазером места уже были заделаны герметиком, который давно отвердел и теперь надёжно закрывал пробоины. Скафандры со встроенным искусственным интеллектом всё это время продолжали работать и поддерживать удовлетворительное состояние бойцов. Противошоковая и дезинтоксикационная смеси уже давно были введены в кровь, и теперь оставалось лишь ждать, когда Гранит и Шелест очнутся. Большего Аскет сейчас не мог бы сделать при всём желании.
Флягу с водой он поставил на видное место. После этого и сам почувствовал накатывающую сквозь тошноту жажду.
«Вода на двоих поровну», – написал Аскет карандашом на клочке бумаги, нашедшемся в подсумке.
Жажда начала быстро усиливаться и вскоре стала нестерпимой. Это произошло настолько резко, что у Аскета потемнело в глазах. Поэтому он быстро отыскал ещё одну уцелевшую флягу в подсумке у Шелеста и тут же её опустошил. Головная боль, тошнота, слабость, а главное – жажда медленно отступали. У Гранита воды не осталось. Его пробитую пулей флягу командир повертел в руках и отбросил в угол.
Собравшись с силами, Аскет снова надел шлем, поднялся и вышел наружу. Он быстро загерметизировал вход в палатку и направился туда, откуда вёл бой. Бесформенная груда металла оказалась на прежнем месте и ничуть не изменилась с прошлого раза. Присмотревшись с разных сторон, Аскет узнал в этом металлическом месиве измятый и обгоревший грузовик. Крыша его была продавлена настолько, что боковые окна превратились в узкие щели. Моторный отсек сместился назад, деформировав кабину. Кузову же досталось больше всех – его практически не было.
Аскет внимательно осмотрел то, что осталось от грузового отсека, и обнаружил небольшой осколок металла. Это был фрагмент двухсотлитровой бочки, в которых обычно перевозят солярку. Разумеется, краска и содержимое начисто выгорели, и металл выглядел сильно повреждённым, а местами – даже оплавленным. Тем не менее Аскету удалось разглядеть надпись «Арсенал 312», выштампованную на поверхности.
Командир узнал этот склад по названию. Несколько раз приходилось там бывать до войны. Именно в таких бочках на складе хранилось дизельное топливо. Похоже, что взорвалось именно оно из-за сильной детонации, и грузовик вместе с его содержимым разметало по окрестностям. Возможно, перед этим машина в темноте налетела на крупный камень и перевернулась или попала под обстрел тех снайперов, с которыми пришлось разобраться Аскету. По всей видимости, именно этот взрыв и вызвал такую сильную вибрацию, которая ощущалась даже в бункере. Это место оказалось не так далеко от входа. Похоже, отряд Аскета прошёл мимо в первый раз и из-за плохой видимости не заметил то, что осталось от грузовика. Приказ командования теперь выполнен. Оставалось лишь добраться в бункер живыми и доложить обстановку.
Вернувшись в спецпалатку, Аскет застал очнувшегося Гранита. Приступ рвоты у него уже закончился, и теперь боец наводил порядок в помещении.
– Живой? – едва заметно улыбнулся Аскет.
– Конечно. Даже не надейся, – ухмыльнулся Гранит, держась за живот и морщась от боли. – Спасибо за воду. Полфляги оставил Шелесту.
– Вот и славно. Давай его будить.