— Не спали, — совсем мрачно ответила Ясула, — нас провели.
— Вас что⁈ — ещё больше удивился я.
Вот уж чего не ожидал, так этого. Чтобы двух опытнейших магинь, диверсантку Протектората и боевика Имперского Легиона смогли провести. Изумление моё было столь велико, что невольно разобрал смех.
— И как же так вышло? — стараясь остаться спокойным, уточнил я, — кто эти гении обмана и конспирации?
— Наши сыновья, — со вздохом призналась Алиса.
— Бари и Авсан?
Женщины кивнули, а я только подивился, какие неожиданные таланты раскрылись у парней. Впрочем, мать обмануть много не надо. Какой бы плохой не был ребёнок, верить ему она будет до последнего. Поэтому я с осуждением покачал головой и зло произнёс:
— Обоих выпорю. Чтобы неповадно было. Не посмотрю, что двадцатилетние лбы.
— Они хотели, как лучше…
Но я тут же прервал Ясулу:
— Лучше, хуже… Их это не оправдывает.
Но тут Алиса коснулась моей руки и попросила:
— Вольдемар, только не пори горячку, они уже сами себя наказали.
— Ладно, — вздохнул я.
Ничего не могу с собой поделать. Когда мои жёны смотрят на меня так, спорить с ними уже не хочется. Поэтому, вернувшись к ритуалам, я прокрутил в голове разговор и тут же вспомнил про один нюанс.
— Стоп. Все ритуалы? И даже с Девой?
— И с Девой, — подтвердили женщины.
А я только и смог, что, прикрыв глаза, покачать головой.
— Ох, Силлана… И что получилось в итоге? — спросил, понимая, что все мои задумки начинают медленно рушиться.
— А это лучше один раз увидеть.
Обе женщины расступились, открывая мне проход к входу в корпус. Интрига, однако.
Ведомый упорно хранящими молчание жёнами, я мысленно строил догадки одна хуже другой. Предсказать, к чему привело появление сразу десятка богов, я не мог при всём желании. Воображение рисовало всё, вплоть до трупов моих студентов, которые лежат рядком в лекционной. Правда, успокаивал я себя тем, что в таком крайнем случае таить от меня этот факт не стали бы. Поднявшись на второй этаж, мы прошли к одной из аудиторий, дверь в которую Ясула распахнула с короткой фразой:
— Они здесь.
А затем дверь за моей спиной тут же закрыли.
Правда, стоило мне зайти и увидеть своих студентов живыми и здоровыми, как я тут же незаметно, но облегчённо выдохнул. Не трупы, а значит ничего совсем непоправимого не произошло.
— Ну, здравствуйте, ребятки, — произнёс я, но услышал в ответ только жалкое нестройное блеяние, так непохожее на моих обычно бодрых подопечных.
Сначало это, а потом я и вовсе запнулся, сбавляя шаг и уже более внимательно оглядывая сидевший за столами народ.
А всё потому, что выглядели они одновременно и похоже, и непохоже на самих себя. И ладно бы причёска другая или одежда, нет. Я даже сначала не сразу понял, в чём дело, но потом, приглядевшись, с удивлением отметил определённые изменения, и некоторые из них поставили меня в тупик.
«Ну, ни фига себе⁈ — подумал я, останавливаясь у кафедры и пытаясь переварить увиденное, — понятно, что девчонки молчали. Тут и правда 'в двух словах не опишешь»
Облокотился о деревянную тумбу, со скепсисом гуляя взглядом по макушкам дружно склонившихся голов, а затем задал риторический вопрос:
— Ну, и как же вы докатились до жизни такой?
Ответа, естественно, не последовало. А я принялся выбирать, с кого бы начать, в гробовой тишине аудитории, в которой, казалось, старались даже не дышать. Даже дежавю лёгкое накрыло, будто я опять на первом курсе, когда меня воспринимали, как того прежнего Локариса, злобного и подлого буквоеда, ненавидящего студентов.
Первым мой ищущий взор обратился на старосту. Та старалась в глаза не смотреть, вся как-то сгорбившись и руками прикрыв грудь. Но от моего опытного взгляда не укрылось, что её когда-то скромный едва второй размер внезапно приобрёл габариты пятого. И как руками ни скрывай, до предела натянутая на груди мантия всё равно бросалась в глаза.
— Мисс Полдарк, — не сдержав ухмылки, обратился я к ней, — никак капусточки переели?
Ответа не дождался, лишь из-под свесившихся и почти закрывших лицо волос полыхнуло чем-то красным.
Поджав губы, перевёл взгляд на следующего студента. И узнал Бари.
Правда, не сразу, потому что вместо худого юноши среднего роста за столом, еле в него помещаясь, сидел здоровенный бугай. Как бы не побольше меня размером. Не знаю уж, как на него мантию на такого здорового нашли, но рукава, обтягивающие бугрящиеся бицепсы, казалось, готовы были лопнуть по швам, стоит ему только согнуть руку.
— Мистер Ботлер, — произнёс я уже ему, — я, конечно, рад тому, что вас досрочно выпустили, но, кажется, вы тоже чего-то переели, отчего вас раздуло, как воздушный шарик.
Мда, прячущий глаза мистер Олимпия, пытающийся стать незаметнее, возвышаясь на добрую голову над всеми вокруг — это дорого стоит.
