— Итак, все получили то, о чём мечтали. Боги прочитали ваши самые сокровенные желания и одарили по полной программе. И вот хоть бы один мечтал о чём-то более глобальном, чем о, гм… себе. Неужели, кроме как увеличить что-то, никто больше ничего не хотел? Но почему?
Вопрос снова был риторическим. Ну, а что они скажут? Да и я, признаться, ответов не ждал, просто хотел чуть пристыдить, ну поморализаторствовать слегка, куда без этого. Но тут меня прервали. Голос подала староста.
— Авсан, профессор. Он думал не о себе.
— Авсан? — переспросил я. — Кстати, а где, действительно, он?
Я ещё раз более внимательно оглядел присутствующих, пытаясь найти сына Ясулы, пока не обнаружил его макушку, прячущуюся за одногруппников. Тоже на задней парте, только если Тар сидел в левом углу, то Авсан выбрал правый, возле окна.
Произнёс, повысив голос:
— Так, хватит от меня прятаться. Встань, пожалуйста, чтобы я тебя видел.
Тот поднялся медленно и неохотно, всё также прочно прикипев взглядом к столешнице перед собой. А рядом с ним, с соседнего места, неожиданно поднялась его соседка.
— Так, я, вроде, просил встать одного Авсана.
Тут я пригляделся к студентке, не узнал и с сомнением спросил:
— Девушка, а вы, собственно, кто, и что здесь забыли:
И вправду, она была совершенно не похожа ни на одну из моих студенток. Красивая, с правильными чертами лица, медными волосами и обворожительной улыбкой на губах.
— Я верная слуга моего господина, — продолжая мило улыбаться, кротко ответила она.
Брови мои поползли вверх.
— Это вот этого вот, что ли, господина? — ткнул я пальцем в стоящего рядом с ней парня.
— Да, — без тени сомнений ответила та и взяла Авсана за руку. — Везде и всегда я буду с ним. Во всём ему помогать, как верная служанка.
Я помотал головой.
— Ничего не понимаю. Ты что? — обратился я к парню. — Ты что, её нанял что ли? Или голову задурил?
Перевёл взгляд на соседку, спросил строго:
— Так, девочка, ты вообще откуда? Из деревни? А родители твои знают, что ты здесь?
— И вообще, друг ситный, — снова требовательно посмотрел на парня, — студентам слуг иметь не положено, а тем более служанок. Ни нанимать, не заколдовывать или ещё как-то принуждать. Я ещё удивляюсь, как тебе твоя мать ничего не сказала. А теперь девушку отпусти, пусть дует домой. Там, небось, мамка с папкой ждут не дождутся.
— А он не может, — внезапно раздался чей-то голос.
— Я не могу. — кусая губы, подтвердил, не поднимая головы, Авсан.
— Это ещё почему?
— Я не могу её отпустить, потому что она не местная. И вообще не человек.
— Погоди, как не человек? — я скастовал магическое зрение, взглянул на стоявшую подле парня девушку — и обомлел. Она и вправду была не человеком. Как, в общем-то, и не была представителем любой другой расы или вида, существовавших на Яоле.
Потому что всё, не только её магическая структура, а всё её тело было слеплено из магии. Как такое возможно, я не понимал. Но в магическом зрении она светилась вся. Не слишком сильно, но вся. От кончиков волос до ногтей. Буквально состоя из чистой магической энергии.
Это было настолько необычно, что я спустился с кафедры, подошёл и осторожно попробовал её коснуться. А когда палец упёрся в, по всем ощущениям, нормальное живое тело — тёплое, чуть упругое и совершенно материальное, — то офигел, говоря простым языком, вдвойне.
«Существо из чистой магии, выглядящее и осязаемое, как живое…»
Из меня вырвался нечленораздельный стон. Схватившись за голову, я спросил у Авсана, отбросив последнюю вежливость:
— Ты какого бога вызывал, дурачок?
— Хозяина, — убито прошептал тот, заставив меня в который раз тяжело вздохнуть.
— Хозяин… А ты мечтал о верной служанке. Понятно. И что теперь с ней делать? Она же, я так понимаю, от тебя никуда?
— Да, профессор.
— Небось, даже в туалет с тобой?
— Да.
— Штаны снять помочь не пыталась?
— Пыталась.
С каждым моим вопросом голова юноши опускалась всё ниже и ниже, а голос становился всё тише.
— И это я ещё не спрашиваю насчёт остального. Ладно, садитесь уж. Потом будем с вами решать.
То, что вся группа сильно изменилась за выходные, было не скрыть, поэтому по колледжу быстро поползли слухи, вскоре превратившиеся уже не в слухи. Естественно, многие с других курсов тут же возжелали увеличить что-нибудь и себе. Вот ей-богу, если бы знал, что начнется такой дурдом, не уезжал бы. Первое время тайком пробиравшихся к алтарям первокурсников приходилось выволакивать буквально за шкирку. Пытались просочиться все и вся. Что только не изобретали: и иллюзии накладывали, и по воздуху переносились, и под землей пролазили. Однажды и вовсе забор взорвали.
Но самое смешное, толком как ритуал проводить, никто же из них не знал. Так, где-то, что-то от кого-то услышали. Я-то своим строго-настрого болтать запретил. Понятно, что совсем молчать не заставишь, там что-нибудь брякнут, тут что-нибудь болтанут. Но конкретики-то нет. Но нет, лезут и лезут.
