— Так и сделаю. Я, черт возьми, обещаю тебе. Заставлю тебя рассыпаться в прах и кончить. Снова и снова. Но мне нужно, чтобы ты была хорошей девочкой. Понимаешь? — я кивнула, передавая ему контроль.
Он по-волчьи улыбнулся.
— Умничка, — похвалил он. По какой-то причине его слова показались мне приятными. Заставили почувствовать себя самой красивой на свете. Он вознаградил мои усилия легкими поцелуями в ямку между грудями. — Держи свои красивые ручки над головой, пока я не скажу опустить их, хорошо? — прохрипел он.
— Хорошо, — пообещала я и почувствовала, что рука, удерживающая меня на месте, исчезла. Его рот опускался все ниже и ниже.
Осыпая нежными, слегка щекочущими поцелуями живот. Язык вертелся вокруг пупка, прежде чем погрузился внутрь. Я почувствовала его зубы, слегка прикусывающие кожу, от чего по киске пробежали разряды электричества и тепла. Пальцы на ногах подогнулись.
Нельзя отрицать: я была мокрой.
Несмотря на то, что все еще находилась в шортах для бега, я чувствовала, как влага скапливается между бедер, покрывая кожу. Тело было похоже на провод под напряжением. Но, срань господня, это круто!
Его руки с силой вцепились в ткань на моих бедрах, прежде чем он стянул ее вниз. В голове проносились видения того, как он срывает их с меня, и пришлось прикусить губу в попытке удержаться от того, чтобы попросить его сделать именно это.
— Этот сексуальный взгляд… Черт, прожить бы день, читая твои мысли, — прогрохотал его голос. — Чтобы знать все, о чем ты думаешь. Чего желаешь. Так, чтобы я мог дать это тебе, — он тяжело дышал.
Я сглотнула, глядя на него.
Опустившись на колени, он подтянул мое тело к краю матраса, спустив шорты ниже лобковой кости. Его сильное внушительное тело было подтянутым и слегка вспотевшим.
— Я подумала, что хотела бы, чтобы ты сорвал их, — это признание вырвалось так тихо и мягко, сомневаясь, услышал ли он.
Какое-то мгновение Маршалл ничего не говорил.
Не шевелился.
Но когда наконец сделал это, клянусь, я чуть не умерла.
Его руки переместились к центру моего пояса. Плечи и бицепсы напряглись, а вены на предплечьях стали более заметными, когда тот дернул за тонкий дышащий материал и воплотил мою маленькую грязную фантазию в реальность.
Звуки рвущейся ткани, казалось, эхом отразились от стен. Не прошло и секунды, как я почувствовала прохладный воздух, коснувшийся моих самых чувствительных мест. Он зарычал, приказав раздвинуть ноги шире. Именно это я и сделала.
— Хорошая девочка, — похвалил он, и я почувствовала, что свечусь от этих слов.
Уперевшись пятками в матрас, я закрыла глаза. У меня и раньше был секс, но никогда в ярко освещенной комнате. Начали просачиваться осколки сомнения и застенчивости. Но это продолжалось недолго.
Не тогда, когда Маршалл начал говорить, уткнувшись мне в бедра, а щетина на лице щекотала нежную кожу.
— Господи, Печенька. Ты чертовски хороша. Взгляни на себя, — сделал он комплимент, и когда мне удалось приоткрыть глаза, я поняла, что тот не просто осыпал меня красивыми словами. Он был предельно честен. Руки широко раскинулись на внутренней стороне моих бедер. Я сжалась, почувствовав, как большой палец скользнул между половых губ, и знала, что он мог видеть, насколько я влажная. Как сияла от его прикосновений.
— Ты хочешь этого, — выдохнул он. — Ты хочешь меня?
— Хочу. Нестерпимо сильно, — добавила я. — Маршалл, — позвала я его по имени, точно зная, что нужно сделать.
Я должна была попросить о том, чего хотела.
Наши глаза встретились, и дыхание перехватило. Его теплое дыхание коснулось моего набухшего клитора.
— Чего ты хочешь, Сара? — спросил он, словно прочитав мысли.
— Сделай так, чтобы мне было хорошо, Марш, — каким-то образом удалось сказать мне, получив в качестве награды улыбку, полную обещаний.
— Все, что захочешь, Печенька, — и с этими словами я потеряла его глаза из виду. Не потому, что тот отвернулся. Его язык был там, и мои глаза закрылись.
У меня были любовники. Этот же опыт…
Больше похож на первый раз.
«Первый и единственный» — прошептал голос.
То, как он ласкал меня, как будто знал тело по множеству прошлых жизней. Бедра затряслись, когда Маршалл медленно прокладывал путь к моему входу, не встретив сопротивления.
— Такая чертовски теплая, — пробормотал он почти про себя, прежде чем взял в рот мою пульсирующую жемчужину нервов и пососал.
Он добавил еще один палец. Мои руки вцепились в простыни от прекрасного ощущения растяжения. Никогда мне еще не было так хорошо.
«И никогда не будет» — прошептал голос, на который я не обратила особого внимания, поскольку оргазм нарастал все сильнее и сильнее.
Как на американских горках, он поднял меня на новые высоты, прежде чем заставить сокрушительно кончить, рассыпаясь в его руках, когда тело все глубже втягивало его пальцы, нуждаясь в большем, несмотря на удовольствие, разлившееся по венам.
Каким-то образом он знал, что я была близко. Перевернул нас, все еще одетый в спортивные шорты. Тонкий материал не скрывал, каким твердым и длинным он был.
— Хочу почувствовать, как ты кончаешь на мой член.
