– Мартин, у вашей матери самый чудесный дворецкий на свете. Плантагенет. Я уверена, обнаружив утром окровавленный кинжал, он почистит его, повесит на надлежащий гвоздь и потом на полицейском дознании сочтет ниже своего достоинства упоминать о таком пустяке. Но поверьте мне, этот человек уникален. Вдобавок все слуги в особняке были членами банды. Если бы они нашли кинжал, мы, вероятно, услышали бы об этом. В любом случае они бы не стали чистить его и вешать на место.
Мартин с сомнением кивнул, и проблеск надежды исчез с лица Эббершоу.
– Конечно, – ответил Мартин. – Уитби, возможно, сам вернул его на место. Ночью, знаете ли, шнырял, нашел его и, решив, что нельзя его так оставлять, повесил на стену и больше о нем не упоминал. – Он просиял. – Если подумать, это весьма вероятно. И подтверждает мою теорию, не так ли?
Но убедить его собеседников было не так просто.
– Он мог бы так поступить, – сказала Мегги, – но зачем ему шнырять по ночам, как вы говорите? И даже в этом случае остается неясным, кто забрал у меня кинжал, верно?
Мартин был потрясен, но ни в коем случае не подавлен.
– Ой, – сказал он небрежно, – ну все это несущественные мелочи, вам не кажется? Ведь важны основной мотив, возможность и правильные вопросы. Кто угодно мог забрать у вас кинжал. Это один из тех дурацких галантных жестов в стиле старины Криса Кеннеди. Это мог быть любой из участников игры. Однако в целом, я думаю, мы нашли нашего убийцу. Не так ли, Эббершоу?
– Надеюсь, что так. – Как ни странно, доктор горячо поддержал теорию.
Мартин был доволен.
– Я знаю, что прав, – сказал он. – Теперь нам осталось просто найти доказательства.
– Да, – согласился Эббершоу. – Но не думаю, что это будет просто, Мартин. Видите ли, сначала нам нужно найти этого доктора, а без помощи полиции это почти невыполнимая задача. Мы не можем привлекать к этому делу Скотленд-Ярд, пока не рассмотрим другие теории.
– Нет, конечно нет, – сказал Мартин. – Но, между прочим, – добавил он, когда ему пришла в голову новая мысль, – есть еще кое-что. Среди них Уитби был единственным, кто страшно нервничал, правда же? Больше никто и бровью не повел, значит его совесть была, предположительно, нечиста?
Это предположение произвело на слушателей большее впечатление, чем любой другой аргумент Мартина. Эббершоу взволнованно посмотрел на него:
– Я верю, что вы правы. Что ты обо всем этом думаешь, Мегги?
Девушка колебалась. Когда она вспоминала рассказ миссис Мид, теория Мартина не казалась ей правдоподобной.
– Да, – повторила она. – Думаю, он попал в точку.
Мартин радостно ухмыльнулся:
– Замечательно. Осталось найти доктора и выбить из него правду. Это было бы славно. Как нам выйти на след этого парня? Объездить все крематории страны и навести справки?
Эббершоу и Мегги молчали. Это была проблема, с которой без помощи Скотленд-Ярда им не справиться.
Спустя пятнадцать минут они все еще были заняты обсуждением, когда вошел Майкл Прендерби. Его бледное лицо покраснело, словно от сильного напряжения. Прямо с порога он оживленно заговорил:
– Извините, я опоздал, но у меня было приключение! Наткнулся на него прямо на Ли-Бридж-роуд. Я заехал проверить свечи зажигания и вдруг почувствовал чей-то взгляд. Я заозирался – решил, что мне померещилось, – но хозяин гаража смутился…
Мартин Уотт холодно посмотрел на вновь прибывшего.
– Слушайте, Майкл, – сказал он с упреком, – вообще-то, мы здесь обсуждаем убийство.
– Так а я о чем? – Прендерби выглядел огорченным. – Разве я не помогаю? Разве я не принес вам главную улику?
– О чем это ты? – Эббершоу пристально взглянул на него.
Прендерби уставился на Джорджа в ответ.
– Да о машине, конечно, – сказал он. – О чем же еще? Машина, – продолжал он, пока они некоторое время непонимающе смотрели на него. – Машина. Невероятный музейный экспонат, в котором драгоценный медик увез тело старика Кумба. Прямо там стояла и пялилась на меня своими фарами, как старая герцогиня.
– Если вы хоть немного помолчите, – сказал Майкл Прендерби, отодвинув стул, стоявший рядом с энергичным Мартином, громко требовавшим подробностей, – я все расскажу. Гараж находится на середине Ли-Бридж-роуд, с левой стороны, неподалеку от реки, канала, или как там это называется. Он называется «Ритц», потому что там продают кофе. Это самый обыкновенный гараж, совсем небольшой: просторный побеленный сарай с жестяной крышей, без черепицы. Пока мне меняли свечи зажигания, двери были распахнуты, так что я заглянул и увидел в углу ту самую неповторимую колымагу полковника Кумба.
– Вы уверены? – Мартин пританцовывал от волнения.
