- О, ради Бога, не начинай все сначала! И Сол вовсе не дядя! - раздраженно проговорила Луиза. - Ну ладно, я сделаю курсовую работу. Ты довольна?
Однако через полчаса, когда Кэти ушла, Луиза думала не о курсовой. Должен быть какой-то способ доказать Солу, что Талла ему не подходит. Надо найти этот способ, обязательно!
Глава 11
Талла нервно разгладила складки взятого напрокат парчового платья. Темно-малиновое с золотой отделкой, оно превосходно гармонировало с цветом ее волос и оттенком кожи, придавая ей особое таинственное очарование.
Сол предложил заехать за ней, чтобы отвезти на бал.
- Девочки хотят увидеть тебя в старинном наряде, - сказал он Талле. Особенно Джем.
Все детишки должны были провести ночь в Куинсмиде.
Кэти предложила посидеть с ними, и Оливия согласилась, сказав, что всем вполне хватит места.
- Она тебе понравится, - заверила Оливия Таллу. - Она ни капельки не похожа на Луизу. При абсолютном физическом сходстве они совершенно разные.
Талла и Сол решили завезти детей в Куинсмид по дороге на бал.
- Ты еще не познакомилась с дедушкой Ливви? - спросил Сол Таллу и, когда та покачала головой, усмехнулся. - Ну, это тот еще персонаж, человек старой закалки. Честь и достоинство клана для него самое главное. Они с моим отцом братья, но от разных матерей. Их отец дважды женился, и поэтому между дедом Оливии и моим отцом большая разница в возрасте. Они никогда не были особенно дружны. Бен, дед Оливии, не тот человек, который с кем-либо близко сходится, и я подозреваю, что он считает, будто мой отец, как младший в семье, больше обласкан фортуной, чем он. Я всегда благодарил судьбу, что не его сын. Джону тоже несладко пришлось в детские годы.
Отец всегда больше любил Дэвида. И бедный Джон всю жизнь проводил в тени братьев.
- Дэвид - это отец Оливии, да? - с любопытством спросила Талла.
- Да, - подтвердил Сол. - Он исчез после того, как оправился от сердечного приступа, и никто не знает, где он скрывается и почему, хотя я подозреваю... Сол резко замолчал, и Талла благоразумно не настаивала на продолжении. По различным репликам Оливии Талла поняла, что подруга не слишком сожалеет о разрыве с отцом.
"Даже будучи ребенком, я всегда была намного ближе к Дженни и Джону, как-то призналась она Талле. - Дедушка с бабушкой всегда говорили, что Макс должен был быть сыном Дэвида, а я дочерью Джона".
Талла всего лишь один-два раза встречалась с Максом и его многострадальной и терпеливой женой Мадлен и воспринимала Макса как склонного к риску человека, которому нравится все время ходить по краю и у которого даже намека нет на доброту. Он, судя по слухам, не был верен жене.
Услышав за окнами шум мотора, Талла напряглась, сердце ее учащенно забилось. Все это из-за тесного корсета. В нем можно задохнуться, сердито подумала она, спускаясь вниз, Сол тут вовсе ни при чем!
Открыв дверь Солу, она едва не поперхнулась: нет ничего нелепее, чем современный мужчина в коротких, до колен, панталонах, белых чулках, тяжелом парчовом плаще, с тростью и в шляпе, украшенной перьями... Ей стоило большого труда не расхохотаться.
- Надо было еще надеть парик, - произнес Сол, - но из-за него так чесалась голова, что я снял его. Не могу понять, как можно нормально жить, таская на себе весь этот хлам... - недовольно завершил он.
- Я.., не думаю, что они всегда щеголяли в этом, - еле выговорила Талла. Я думаю, они, как и мы сейчас, носили более практичную повседневную одежду. Она быстро подхватила свой плащ и поспешила вниз. - Нам нельзя опаздывать.
- Мы и не опоздаем, - спокойно ответил Сол и добавил:
- А где твоя сумка? Я положу ее в багажник.
Сумка?.. Ну конечно же, она забыла ее наверху! Оливия намекнула, что им с Солом надо воспользоваться тем, что дети будут в Куинсмиде. Талла неохотно признала, что Оливия права, и согласилась остаться на ночь в доме Сола, а утром заехать за детьми и принять участие в семейном ланче, устраиваемом Дженни в Куинсмиде.
- В спальне, - пролепетала она. - Пойду при...
- Не нужно, я сам! - сказал Сол и устремился вверх по лестнице.
В бальном туалете Талла чувствовала себя не слишком удобно. Оливия рассмеялась, когда, примеряя наряд, Талла посетовала, что лиф чересчур тесен, из-за него талия стала казаться слишком тонкой - настолько, что ее можно обхватить пальцами. А груди при этом выглядели сладострастно пышными.
- У тебя все о'кей, - сказала Оливия, - а вот мне придется прибегнуть к хитрости, чтобы у меня появился соответствующий восемнадцатому столетию бюст. Я никогда не догадывалась, что у тебя там родинка, - добавила она, увидев, как Талла пытается натянуть кружево лифа, чтобы скрыть маленькую темную родинку, которая спряталась там, где ее мог бы увидеть только возлюбленный.
